Ревизор 007. Часть 10

Беллетристика

Глава 22

Организованная Ревизором слежка начинала приносить плоды. Пока в большинстве своем недозрелые, от которых скулы сводит. Но если их употреблять умеючи, то есть не сами по себе, а совместно с другими «овощами-фруктами», в сложных салатах и компотах, то вкус выходит иной… Именно так творил свое «варево» Ревизор. Каждая встреча или телефонный звонок, каждый ставший известным, например, из подслушанного с помощью «жучков» разговора факт он вносил в память компьютера. Но не вообще в память, а в схему, где перекрещивались и пересекались тысячи нитей контактов, взаимных интересов и взаимной неприязни. Схема позволяла проследить взаимоотношения фигурантов. Причем не прямые, а многосложные. Когда, к примеру, объект А после дружеской встречи с объектом Б тут же выходил на объект В с просьбой свести его с объектом Г, с которым Б смертельно враждовал. В свою очередь от объекта Г стрелки тянулись к партнерам объекта Б, из чего следовало, что объект А ведет двойную игру и что дни объекта Б сочтены, так как объект Г уже практически прибрал к рукам его бизнес… В этом был смысл затеянной Ревизором глобальной слежки. Не в выуживании отдельного компромата, а в выяснении истинного расклада сил в Регионе. Потому что тем же самым до него интересовался Резидент. И на том же самом сломал себе шею.

Масштабная, отраженная на схеме слежка позволяла вычислить реально весомые в Регионе фигуры, составить представление об иерархии их значимости, определить врагов и союзников, проследить миграцию интересов от одного к другому…

И дело уже даже не в Резиденте, а в том, чтобы разобраться, что происходит в этом дальнем, оставшемся без присмотра Конторы российском Регионе. Довершить начатую Резидентом работу…

Ревизор провел курсором очередную синюю, обозначающую личный контакт стрелку от объекта 17 к объекту 44 и вписал в отдельное окно резюмирующую информацию по итогам встречи. То есть что, кому, от кого, когда и что нужно и что за это «нужно» он готов предложить взамен. И тут же продолжал стрелку от объекта 44 к объекту 196. На которого для решения данного щекотливого вопроса вышел телефонным звонком с домашнего телефона сорок четвертый.

Опять к сто девяносто шестому… Что становится уже интересно…

Сто девяносто шестой был мелкой сошкой — всего лишь одним из полутора десятков референтов Главы администрации.

Но в то же время сто девяносто шестой был наиболее посещаемой на схеме фигурой! Очень популярной фигурой, потому что к нему тянулись стрелки со всех сторон. Десятки, да нет, пожалуй, сотни синих и красных стрелок непосредственных и телефонных контактов и желтых — небескорыстного интереса, высказанного в беседах абонентов друг с другом.

А что, интересно, в целом?

Ревизор набрал поисковое слово — «референт», указал, что искать надо «везде», и нажал «поиск».

С минуту компьютер перебирал файлы, выуживая из них одно-единственное слово «референт». Потом выдал итоговую информацию.

Во всем объеме внесенной в компьютер информации «референт» упоминался 3736 раз!

Ого!

Оказывается, он не просто популярен, он — суперпопулярен!

Чем объясняется такая его всеобщая востребованность?

Тем, что младший референт, это следовало из телефонных разговоров, по совместительству являлся незаконнорожденным сыном Главы администрации?

Этого мало.

Тем, что обещает решить с черного хода любой, неразрешимый с парадного, вопрос?

Тоже недостаточно.

Похоже, тем, что не только обещает, но и реально решает!

Из чего следует, что он крайне полезный с точки зрения сбора информации и установления контактов кадр. Просто на все случаи жизни!

Всех знает. И все знают его. Значит, может свести с нужными людьми.

Имеет доступ к информации самого высокого уровня. Как официальной, так и к «сплетням», гуляющим в высших эшелонах власти, о которых можно узнать только от людей, в эту власть вхожих.

При необходимости способен протоптать дорожку к Первому человеку Региона. Что, пожалуй, самое главное… Насколько опасен может быть контакт с ним? На первый взгляд — в самой малой степени. Слишком много народа проходит через Референта, и, значит, появление лишнего человечка возле него в глаза не бросится…

По всему выходит, что имеет прямой смысл познакомиться с Референтом поближе…

Ревизор выделил информацию, касающуюся незаконного сынка Главы администрации, в отдельный файл, назвал ее «Референт» и перебросил в папку «Перспективные фигуры», где накапливал предназначенных в разработку фигурантов…

Может, имеет смысл начать именно с него? Как наименее опасного из наиболее информированных людей области.

Пожалуй, имеет смысл…

Но только так, чтобы комар носа не подточил! Для чего… Для чего выходить на него, например, легально!

Пожалуй, что только легально. Так как нелегально его не разговорить.

Рискованно? Рискованно! Но зато…

Правда, если легализоваться для Референта, то придется легализоваться и для всех остальных. Потому что в этом деле, как в беременности — чуть-чуть не бывает. Даже если выходить из подполья на полчаса, выходить придется в полном объеме, то есть с легендой, соответствующим антуражем и пр.

Стоит овчинка выделки? А черт его знает!..

Может, имеет смысл вылезти из подполья? Причем не только из-за Референта. И менее всего из-за Референта! А вообще… В целях изменения тактики проводимого расследования…

Совершенно неожиданно, оттолкнувшись от частности, от Референта, Ревизор пришел к общему — к анализу методов своей работы. Которая его устраивала все меньше и меньше.

Конечно, действовать исподтишка, используя чужие ноги, руки и глаза, дело соблазнительное, но крайне хлопотное. Все время надо всех контролировать и все перепроверять.

Что и приходится делать.

Но самое главное, знать, кто, куда пошел и с кем встретился, не значит знать все. Нужен еще характерологический портрет разрабатываемого фигуранта. Что позволит моделировать его реакции на то или иное событие как в прошлом, так и в настоящем, предугадывать его планы и действия. Наконец, понять, кто он такой — перспективная фигура или отыгравшая свое пешка. Именно поэтому передоверять портрет случайным агентам нежелательно. Тут лучше рассчитывать на проверенные кадры. Или, в крайнем случае, на себя…

Проверенных, которым можно было бы доверить такое дело, кадров нет. Остается — на себя. Как на единственного в своем распоряжении специалиста.

Ну что, рискнуть?

А впрочем, даже и не рискнуть! Ведь человек, который прячется, вызывает большие подозрения, чем тот, который действует открыто…

Это в целом. А применительно к данной конкретной ситуации следует признать, что при столь масштабной слежке рано или поздно кто-нибудь заинтересуется ее заказчиком. И вычислит рядового гражданина без определенного места жительства, которому с точки зрения здравого смысла совершенно незачем следить за теневыми хозяевами Региона. И что вызовет аргументированные подозрения.

А вот если есть зачем…

Тогда можно смело выходить на Референта и, при необходимости, на всех других фигурантов.

Может, действительно попробовать выбраться на божий свет?..

Идея была неожиданной, была рискованной, но была здравой. И в характере Конторы.

Иногда для того, чтобы как следует спрятаться, имеет смысл привлечь к себе всеобщее внимание. То, что лезет в глаза, перестает быть видимым!..

Утром следующего дня Ревизор был в Москве…

— У меня есть к вам деловое предложение.

— А вы кто?

— Прохожий. С деловым предложением.

— Извините, но наша фирма не нуждается…

— У меня мало времени, — сообщил незнакомец, взглянув на наручные часы.

Часы у «прохожего» стоили минимум пятнадцать тысяч баксов.

— Хорошо, я приглашу старшего менеджера…

— Я рад, что вы обратились в нашу известную всему миру фирму. Что вы хотите?

— Представлять ваши интересы в регионах.

— Но у нас…

— Естественно, не бесплатно.

— Что — не бесплатно?

— Представлять интересы — не бесплатно. В том смысле, что я буду благодарен, если в качестве официального представителя вашей известной во всем мире фирмы выберут именно меня.

— Но мы…

— Буду лично вам благодарен.

— К сожалению, это решение от меня не зависит. Все вопросы, связанные с открытием филиалов, находятся в компетенции главы фирмы.

— А мы не будем его открывать. И сможем обойтись вашей компетенцией.

— Тогда я вас не понимаю…

— Чего тут не понять? Вы назначаете меня вашим представителем. Но филиала не открываете. Получив за это благодарность в размере, как если бы открыли два полноценных филиала.

— Ах вот что… Как вы представляете ваше участие в нашем общем деле?

— Представляю в виде копии приказа, рекомендательного письма и, самое главное, подтверждения моих полномочий, в случае если вам позвонят…

С копией приказа и рекомендательными письмами человек с пятнадцатитысячными часами отправился в мэрию.

— Мне бы очень хотелось сфотографироваться с мэром.

— С кем?!

— С мэром!

— А вы кто такой?

— Представитель российского филиала известной международной фирмы «Питер Шрайдер и сыновья» с оборотным капиталом четыре с половиной миллиарда долларов.

— Да?.. И что вы хотите?

— Я же говорю — сфотографироваться с мэром.

— Но…

— За что готов выделить средства для постройки стометрового участка какой-нибудь автодороги.

— Вряд ли это…

— Оплату готов передать наличными деньгами через вас.

— Хорошо, я постараюсь что-нибудь для вас сделать. Например, завтра. Во время встречи с хозактивом…

С этой фотографией незнакомец отправился в одну популярную в стране газету.

— Хочу поместить эту дружескую фотографию на первой полосе.

— А вы кто?

— Никто. Приятель изображенного здесь человека.

— Но мы не можем давать просто фотографию.

— Да? Тогда поставьте подпись — встреча мэра с известным в стране предпринимателем. Я буду признателен. Немедленно.

— А вы действительно известный?

— Вы думаете, мэр будет приятельствовать с неизвестным?

— Я, конечно, попробую. Но вряд ли главный редактор…

— А как, простите, имя-отчество главного редактора?..

 

Утренняя газета вышла с фотографией мэра, жмущего руку известному в стране предпринимателю…

— Вот, — показал газетную фотографию известный в стране предприниматель и близкий друг столичного мэра. — Хочу развернуть это сообщение в двухстраничную статью в вашем журнале.

— Но мы не публикуем непроверенной информации!

— Газеты тоже! А они эту информацию, как вы видите, дали на первой полосе! Так что первым и главным виновником будете не вы. А я, в свою очередь, буду благодарен…

— Хорошо, через месяц…

— Нет, через месяц будет поздно. Надо через пять дней!

— Но это невозможно! У нас еще номер не заполнен!

— Тогда дайте статью на десять страниц. Текст интервью я подготовил…

Проще и дешевле всего оказалось обзавестись знакомствами среди известных в стране деятелей культуры и искусства. Незнакомец с пятнадцатитысячными часами определил десять наиболее популярных в стране «культурных» личностей, купил десять путевок в средиземноморский круиз и десять хрустальных кубков и разослал по адресам письма о том, что получатель сего уведомления за выдающиеся достижения в области мировой культуры выдвинут на премию, учрежденную известным в стране меценатом и бизнесменом, равную ста тысячам американских долларов. А пока в качестве поощрительного приза он предлагает получить круизную путевку, явившись лично по адресу…

В течение одного дня в арендованном на сутки офисе все более известный в стране предприниматель вручил звездам культуры премии и сфотографировался с ними в непринужденной дружеской обстановке и объяснил присутствующим журналистам, что:

— Это чисто, блин, для искусства…

Премии деятелям культуры вызвали широкий резонанс в средствах массовой информации в форме возмущений других, не получивших путевок, деятелей.

Теперь можно было выходить на телевидение.

В трех передачах по двадцать пять тысяч долларов каждая уже по-настоящему известный предприниматель объяснил свою позицию в отношении возрождения находящейся в упадке отечественной культуры путем денежного поощрения наиболее любимых народом деятелей искусства.

В четвертой, стоившей тридцать тысяч долларов, передаче обозреватель издевался над убогими потугами известного предпринимателя тире (или скорее минус) мецената, пытающегося играть роль нового Третьякова. Эта передача с точки зрения наработки популярности стоила трех предыдущих.

Измененное до неузнаваемости лицо Ревизора в новорусском облике предпринимателя-мецената намозолило глаза российскому телезрителю настолько, что стало почти популярным. Отчего его пригласили для участия сразу в нескольких ток-шоу за смехотворно малые пятнадцать тысяч!

Но это был бы уже перебор. Много — это тоже не всегда хорошо…

Оставалось заручиться поддержкой уголовного мира и неплохо бы… Президента России.

С Президентом было просто. Известный предприниматель зашел в первое попавшееся рекламное агентство и попросил порекомендовать ему кого-нибудь из фотографов для выполнения конфиденциального заказа.

— Какая фотография вам нужна? Рекламная, портретная?..

— Официальная. Меня и Президента. На одном снимке.

— Какого Президента?

— Страны Президента! Да ты не пугайся так, это я с друганами поспорил, что у меня есть фотография, где я с Президентом. Теперь надо, чтобы фотография была. Это возможно?

— В принципе, конечно…

— Только она должна быть такая, чтобы никакая экспертиза подделки не учуяла.

— А при чем здесь экспертиза?

— При том, что я не просто поспорил, а на десять штук баксов поспорил! Две из которых, если все сделаешь как надо, — твои! Ну что, берешься?..

Известного предпринимателя «вписали» в официальный кремлевский банкет. Он сидел в четырех креслах от Президента и, ковыряясь вилкой в салате, о чем-то оживленно беседовал с премьер-министром.

Для чего вначале его заставили, сидя за голым столом, стократно наклоняться, поворачиваться и поднимать и опускать руки.

Потом сканировали готовые фотографии и, вырезав из изображения «лишнего» участника банкета, посадили на его места поспорившего на десять тысяч «зеленых» бизнесмена.

— Устраивает?

— Да. Но вот если бы Президент смотрел на меня. И улыбался…

— Хорошо, будет смотреть на вас…

Последний штришок в портрете удачливого бизнесмена должен был быть уголовным. Связь с воровскими авторитетами для удачливого бизнеса была даже более значима, чем банкет с Президентом.

Вот только где их взять, этих авторитетов?

Обратиться в милицию? Или к репортерам уголовной хроники? Пожалуй, что к репортерам…

Любимец телевизионной публики и застольный знакомец Президента пошел к журналистам. Но уже в гораздо более скромном виде. С часами «Слава». В купленном в комиссионке потертом костюме фабрики «Большевичка».

— Разрешите представиться, кандидат педагогических наук Севостьянов. Провожу исследование социально-образовательного уровня преступного мира.

— Зачем?

— Как зачем?! Мною впервые выявлена прямая зависимость преступных наклонностей отдельного индивидуума от уровня и профиля его предшествующего образования.

— Вы серьезно?

— Конечно! Используя статистический метод Гекклера-Завадского, я установил жесткую профилизацию преступности в зависимости от гуманитарного либо технического образования. К примеру, технари, то есть преступники, закончившие вузы и ПТУ промышленной ориентации, склонны к совершению преступлений, использующих те или иные инструментальные приспособления.

— А гуманитарии?

— К изнасилованиям, мошенничеству и тому подобным не требующим дополнительных технических инструментов преступлениям. Впрочем, здесь тоже прослеживается своя специализация. К примеру, выпускники художественных вузов чаще нарушают закон в части подделки денег и документов. Актеры склонны к публичным преступлениям, таким, как сопротивление представителям органов правопорядка в нетрезвом виде и эксгибиционизму. Филологи — к убийству работников ломбардов и пенсионерок, дающих деньги под проценты, и растлению малолетних приемных дочерей…

— А почему вы пришли к нам?

— Дело в том, что для завершения работы мне необходимо выяснить образовательный уровень руководителей преступного мира. Так называемых авторитетов и воров в законе. А я, как бы это выразиться, не вполне владею темой.

— Вам нужна информация о лидерах преступного мира?

— Совершенно верно!..

Далее, переодевшись и сменив часы «Слава» на «Роллекс», ученый-социолог отправился на рынок. Где быстро вычислил «быков».

— Слышь, братан, кто у вас тут центровой? — спросил он, поигрывая золотой печаткой на пальце.

— Бурый.

— Веди меня к нему…

Бурый сидел за столиком в подсобке кафе и, глядя в окне цедил пиво.

— Че тебе?

Известный в стране предприниматель вытащил из кармана пачку фотографий и бросил их на стол.

— Это кто? — спросил «бригадир».

— Я и Президент.

— Какой Президент? Наш, что ли? Ну ты даешь! А этого я видел. Он в кино играл! Такого крутого, который тех фраеров… И этого я тоже знаю, — ткнул пальцем в фотографию мэра. — Это его место. Мы ему отстегиваем. Ну ты, оказывается… Чего хочешь-то?

— Встретиться с Жорой Херсонским.

— Зачем?

— Потолковать.

Бросил на стол рассыпавшуюся стопку стодолларовых купюр.

— Ладно, я передам…

Жора Херсонский сидел в роскошном кожаном кресле и ковырялся обломанной спичкой в зубах. Перед ним на антикварном золоченом столике, на хрустальном подносе стоял граненый стакан с чифиром.

— Чего хочешь?

— Внести долю в общак, — чуть поклонившись, сказал посетитель. — Потому что уважаю традиции.

И выложил на столик несколько тугих, перетянутых резинкой пачек долларов.

— Что еще?

— Засвидетельствовать мое почтение.

Вытащил из «дипломата» бутылку трехсотдолларового коньяку.

— Тогда лучше водку.

Сидевший сзади телохранитель кивнул и вытащил из бара бутылку водки, стаканы и нарезанную на куски булку черного хлеба.

— Садись.

Выпили. Закусили.

— Что еще?

— Ваш авторитет… Дело в том, что я хочу расширять бизнес в сторону регионов. И был бы очень признателен…

— Не мямли! Что хочешь?

— Чтобы вы замолвили за меня словечко.

— Перед кем?

Проситель назвал имя известного в Регионе, откуда он прибыл, авторитета.

— Ладно. Сделаю. Все?

— Да. Вернее, нет… Если бы вы согласились… Если бы я мог рассчитывать…

— Ну! Говори!

— Сфотографироваться с вами…

Жора посмотрел на пачки долларов, на подобострастно склоненную в поклоне голову просителя.

— Черт с тобой!..

Теперь на новоиспеченном российском бизнесмене были поставлены все необходимые пробы. Теперь он стал свой среди своих.

Продолжение следует…

http://wpristav.com/publ/belletristika/revizor_007_chast_10/7-1-0-1608

Комментарии 0
Поделись видео:
Оцените новость
Добавить комментарий