На южном фронте без перемен. Часть 5. По горам, по долам… Глава 7 - Беллетристика - Статьи / книги - world pristav - военно-политическое обозрение


Главная » Статьи » Беллетристика

На южном фронте без перемен. Часть 5. По горам, по долам… Глава 7

    Та прямая дорога, по которой мы до сих пор двигались, заканчивалась — я это видел уже невооруженным глазом. Она упиралась в другую — строго ей перпендикулярную. Справа от перекрестка было что-то похожее на… Я протер глаза — нет, я не сошел с ума — действительно, это самый настоящий памятник! Скорее, правда, стела. Из белого мрамора, стройная, как стрела.
    Моя машина уже была на поперечной дороге, мы поворачивали налево, и я мог видеть ту часть колонны, которая следовала за нами, через голову водителя, когда перед «Шилкой» взорвалась черное облако. Мне даже показалось, хотя поклясться в этом, я, конечно же, не могу, что я видел полет гранаты, и видел, как она разорвалась, немного не долетев до цели. Это был выстрел из гранатомета, и это стреляли по нам!
    «Ого!» — подумал я. — «Я мог быть на его месте! Всего лишь пару минут назад…».
    Чехи не рассчитали расстояние. Они хорошо затаились в зеленке, но не рассчитали расстояние. И верный, точный выстрел оказался произведенным впустую. К счастью для нас, и к горю для них.
    Почти не теряя ни секунды, пулеметы «Шилки» развернулись, и она дала очередь. Хрен его знает куда. Куда стрелять-то? Но ответить было нужно. Обязательно нужно. Ведь когда в тебя стреляют, тебя хотят убить, что надо делать? Да что угодно! Но что-то надо делать!
    «Шилку» поддержали ЗУ, которые были закреплены на «Шишигах». БМП еще не успели присоединиться к огню, как впереди меня раздался выстрел из танка. И вдруг все стихло. Никто больше никуда не стрелял — ни с той стороны, ни с этой. Батальон продолжал выполнять поставленную задачу, которая в данный момент заключалась в том, чтобы занять позиции вдоль дороги, насколько хватит сил, и ждать дальнейших распоряжений.
    Машины нашей батареи скатились вниз, и оказалось, что мы будем стоять как раз недалеко от памятника. Найданов наметил позиции для минометов, и пока расчеты занимались оборудованием огневой позиции, я пошел на левый фланг, туда, где стрелял танк, так как там явно собиралась толпа, и там явно было что-то очень интересное.
    Когда я туда подошел, лейтенант Костя, (тот самый зенитчик, который стоял рядом с нашей артбатареей в памятном бою за Первомайский), изображал произошедшее здесь событие в лицах, и очень смеялся, заражая своим задорным хохотом всех окружающих.
    — Прикинь, танкист едет, вдруг перед ним вырастает фигура с гранатометом, танкист с перепугу стреляет… И чеха нет! Куда делся? Нет его. Только рация — маленькая такая валяется. Вот она!
    Костя показал всем маленькую черную элегантную коробочку. «Неужели это такая рация?» — подумал я. — «Даже по сравнению с нашим «Арбалетом», который постоянно ломается, это просто чудесная маленькая вещь… Да уж — нехило чехи экипированы! Не то что мы…».
    — Я бегу сюда, — продолжил Костя. — Поднимаю эту хрень, а там кричат: «Русик! Русик! Ты где? Выходи на связь… Русик! Русик!». Ну, я и сказал им, где их Русик, и куда им следует идти!…
    — А они что!
    — Матерятся по-русски. Обещали яйца отрезать! Ха-ха! Ну, пусть доберутся, если смогут!
    — Так погоди, А куда сам Русик-то делся?
    Костя снова засмеялся, и показал рукой направление:
    — Его аж туда отнесло.
    Я пошел посмотреть вместе со всеми. Немного впереди по правую сторону от дороги находился огромный котлован, густо поросший лесом и кустарником. Почти на самом дне этого котлована лежало тело в камуфляже.
    — Это Русик! — сказал Костя.
    — А почему за ним никто не лезет? — спросил кто-то из столпившихся у края котлована.
    — Да кому он нужен! — с чувством ответил Костик, и даже сплюнул.
    Но он был не прав — Русик после смерти оказался не менее востребованным, чем был, вполне возможно, при жизни. Лейтенант — зенитчик недооценил потребности нашей доблестной пехоты.
    Во-первых, (конечно же!), они сняли с мертвого чеха всю амуницию. Я сам это видел: когда снова подошел к краю котлована, то внизу деловито копошились два бойца, сдирая с мертвеца штаны. Когда я увидел труп в следующий раз, то он уже был почти голый. На нем оставались только трусы. Майку сняли тоже. Как выяснилось, она была камуфляжной, а такими вещами не разбрасываются.
    Во-вторых, (но это я уже, к счастью, не видел, а только слышал от Найданова), чеха пытались съесть. Меня это глубоко и неприятно поразило, но правда это или нет — сказать не берусь. Вроде бы два отмороженных бойца решили отрезать от мертвеца кусок, и пожарить. Идиоты! Каннибализма им захотелось. Вообще-то, неплохо было бы им иногда посещать уроки в школе. Тело уже не первый день лежало в этой яме, и есть его, (отбрасывая всю мораль и лирику), было просто нельзя — чтобы не отравиться. М-да… У нас в армию набирают всех кого только можно. Вот и попадаются такие… Уникумы. То череп на БМП хотят присобачить, то людоедством заняться… Ну, тем не менее, они пошли. Однако, вроде бы, кто-то из офицеров об этом услышал, (или ему сказали), он догнал эту парочку, набил морду, и на этом все закончилось.
    Впрочем, не факт, что они действительно хотели сделать то, о чем говорили: может быть, они так прикалывались.
    Я тоже спускался в котловину. Зачем? Сам не знаю. Меня потянуло посмотреть на мертвеца врожденное человеческое любопытство и ужас перед таинством смерти. Ничего таинственного я там не обнаружил.
    Лицо застыло в смертном оскале, а левая его сторона была разорвана, так что была видна красная, белая и желтая плоть.
    Однако ни малейшего сочувствия я к нему не испытывал. «Если бы мы не убили его», — холодно подумал я, — «он бы с удовольствием убил нас. Еще может быть, наступил бы сапогом на мое лицо, смеялся и хохотал бы». Мне совсем не трудно было представить эту картину. Для чехов это было так естественно! Даже напрягать воображение не пришлось. «Меня отправило на войну государство», — снова заговорил я про себя, (или, кажется, все-таки вслух?), — «я стреляю и убиваю потому, что оно требует этого от меня. Это моя служба. Ты пошел воевать, потому что тебе так захотелось. Ты не защитник родины — ты мятежник. Я воюю за то, чтобы люди любых национальностей могли жить в Чечне спокойно. Ты — за то, чтобы только чечены жили здесь свободно, а остальные — в качестве рабов. Ты — нацист и варвар! Так тебе и надо!».
    Через два — три дня труп разрешили забрать родственникам. Солдаты вытащили его, завернули в ковер, и Франчковский на БМП отвез его в условленное место.



Категория: Беллетристика | Просмотров: 152 | Добавил: АндрейК | Рейтинг: 0.0/0

поделись ссылкой на материал c друзьями:
Всего комментариев: 0

Другие материалы по теме:
 
avatar



Форма входа
нет данных
Логин:
Пароль:

Категории раздела
Мнение, аналитика [232]
История, мемуары [1044]
Техника, оружие [64]
Ликбез, обучение [62]
Загрузка материала [15]
Военный юмор [157]
Беллетристика [562]

Реклама

Видеоподборка
00:09:31

00:05:19

00:37:59

00:01:39

00:43:40

Новости партнёров





Рекомендации

Бывает такое, что наш сайт заблокирован у некоторых провайдеров и Вы не можете открыть сайт. Чтобы решить эту проблему можете воспользоваться браузером Firefox (TOR).



Калькулятор денежного довольствия военнослужащих



Расчёт жилищной субсидии


Новости партнёров

Мини-чат
Загрузка…
work PriStaV © 2020 При использовании материалов гиперссылка на сайт приветствуетсяХостинг от uCoz
Наверх