Главная » 2020 » Май » 19 »

Третий Рим, Сатана и мегатонны


17:30
Третий Рим, Сатана и мегатонны

Анализ войн и вооруженных конфликтов, а также содержания глобального противоборства после Второй мировой войны говорит о том, что не только в характере, но и в самой природе войны произошли и продолжают происходить существенные изменения. При этом цель войны не трансформировалась. Ею по-прежнему является другое послевоенное устройство мира. Изменилась иерархия смыслов, связанных с пониманием сущности и содержания войны, сфер и форм ее ведения.

Мы вступили нынче в четвертую мировую войну. Георелигиозную.

Войны без войны

Изучению природы войны, ее внутреннего смысла и содержания, а также поиску терминологического определения оной посвятили свои труды многие мыслители на всем протяжении человеческой истории. Известное нам начало работы исследовательской мысли в этой области обычно относят к первому китайскому философу Конфуцию и к труду Сунь Цзы «Искусство войны» (VI–V века до нашей эры). Военно-теоретическая мысль Китая тогда рассматривала войну и военное начало (понятие «у») в двух ипостасях: как в качестве разрушительного явления, противопоставляя его понятию «вэнь», означающему существующий порядок, так и в качестве инструмента, пресекающего общественный беспорядок для восстановления политического и нравственного порядка в стране. Но всегда исходное значение иероглифа «у» – «оружием остановить насилие». Главная проблема, по их мнению, заключалась в том, как сохранить в государстве моральную силу, объединяющую народ и правителя, и тем самым избежать появления хаоса и необходимости войны. При этом собственно вооруженное насилие и для общественных отношений внутри государства, и для отношений между государствами (царствами) считалось крайним средством.

Безлично-божественное и натуралистическое Небо молча констатирует накопление благодати и добродетели у одних правителей и передает им «Небесный мандат на управление Поднебесной», забирая его у других. В итоге китайская военно-теоретическая традиция уже с древних времен занималась разработкой методов достижения политических целей в войне преимущественно невоенными, небоевыми средствами.

Исследуя явление войны и принимая морально-политическую природу войны, установленную китайскими философами и военными мыслителями, конечно, нельзя отказываться от великого европейского наследия Карла фон Клаузевица, бывшего в годы Отечественной войны 1812 года полковником русской армии. Термин «война» фиксирует и обозначает основополагающее и системообразующее понятие военного дела, поэтому Клаузевиц открывает свой знаменитый труд «О войне» главой «Что такое война?». Давая определение войне, автор в самом начале своих размышлений сразу дистанцируется от «тяжеловесного государственно-правового определения войны». Он рассматривает войну прежде всего с точки зрения ее внутреннего содержания, самым сущностным элементом которого является борьба. «Война есть не что иное, как расширенное единоборство». Для него искусство ведения войны есть искусство вести борьбу с противником. Поэтому и понятие войны у Клаузевица – это определение не с точки зрения специалиста по государственному праву или социолога, а с точки зрения государственного деятеля и полководца, стремящегося понять и сформулировать сущность борьбы в войне, научиться правильно готовиться к ней и вести ее.

Советские же и нынешние российские определения войны в своей основе имеют именно социальное, государственно-правовое понимание сущности войны. Так, Советская военная энциклопедия в 1976 году в соответствующей статье за подписью Дмитрия Волкогонова утверждала: «Война – общественно-политическое явление, продолжение политики насильственными средствами». И далее на пяти страницах идет исследование этого общественно-политического явления с точки зрения марксистско-ленинского учения о войне и армии, практически не касаясь внутреннего содержания и сущности войны как борьбы. В итоге из-за гипертрофированного значения классовой, социально-политической составляющей войны за рамками фундаментальных исследований в советское время осталась внутренняя природа, а также другие сущностные, философские проблемы войны, в том числе и само определение ее как одной из форм и способов геополитического противоборства. Классовый, партийный подход к военному делу стал теоретико-методологической причиной того, что СССР проспал появление нового типа войн, в том числе третью мировую – холодную информационно-психологическую войну, в результате которой он с помощью внешних сил был главным образом разрушен изнутри. При этом именно определение (дефиниция) войны было одной из причин, которая увела развитие советской военно-теоретической мысли в сторону псевдонаучного партийно-политического словоблудия.

Современная российская военная наука не только уклонилась от решения этой системообразующей проблемы военного дела, но в понимании сущности войны опустилась еще ниже бывших советских военных партократов. Нынешние доктринеры примитизировали современную войну, опустив ее понимание на уровень пушек, танков, кораблей и самолетов и прикрыв эту срамоту флером чего-то «информационно-кибернетического». Так, цитирую: «Военная доктрина РФ представляет собой систему официально принятых в государстве взглядов на вооруженную защиту Российской Федерации». Все. Что называется, приплыли. Ничего не поняли и ничему не научились. Вокруг и внутри России уже вовсю бушует (примем пока этот термин) гибридная война с целью подрыва духовного, интеллектуального, биологического и экономического потенциала России с целью ее последующего расчленения, а государство и армия, опять как в 1941 году, готовятся к вооруженному нападению на нас. А враг уже здесь.

Познать, чтобы не потерпеть поражения

Что же нужно сделать сейчас в области общей теории войны, теории военного искусства и практики военного строительства, в том числе строительства Вооруженных сил? Прежде всего необходимо в срочном порядке начать многоплановую, грандиозную военно-теоретическую работу по осмыслению природы и сущности войны, содержания и форм георелигиозного, культурологического, биологического (в том числе геодемографического), геополитического, геофинансового и геоэкономического противоборства мировых центров – субъектов силы и объектов воздействия применительно к сложившейся обстановке.

В качестве завязки такой работы могу предложить следующее. Из анализа понятия войны следует, что родовым признаком, задающим род войны как вида противоборства, является насилие, то есть насильственное принуждение к исполнению чужой воли. Насилие порождает войну как способ своего существования, как одну из форм своего бытия. Поэтому если в действиях субъектов геополитики или в каком-либо геополитическом явлении присутствует насилие в любом его виде одного субъекта над другим, значит, налицо родовой признак войны. В геополитике объектами насилия (объектами войны) могут быть государства, социальные, этнические, религиозные и другие группы населения. По своей сути применительно к ним война есть высшая форма существования насилия. Отсутствие сопротивления насилию не отменяет саму войну. Различные степени сопротивления насилию – условия, а не признаки ведения войны. Наличие насилия применительно к указанным объектам означает наличие родового признака войны против них.

Однако не всякое насилие в отношении государства, нации, народа или другого объекта геополитики следует относить к явлению войны. Масштабы насилия должны быть таковы, чтобы посредством его применения появилась возможность решительного изменения прежнего образа жизни государства, народа, социальной, религиозной, этнической или иной группы, страты, избранной в качестве объекта насилия.

Видовым отличием войны выступают средства насилия. Прежде таким единственным средством (способом) было вооруженное насилие в ходе войны с завоеванием территории и последующим установлением новой государственной или оккупационной власти, введения другой религии, хозяйственного уклада, налогов и так далее. Появившиеся ресурсы глобальных средств коммуникации, международных валютных и торгово-экономических инструментов, свободно пересекающих государственные границы и непосредственно воздействующих на государство, религиозно-духовную среду общества, образование, здравоохранение и в целом на население избранного объекта насилия без физического захвата вооруженным путем и видимой оккупации, предоставили хозяевам мировых денег и глобальных СМИ практически безграничные возможности для невооруженного (точнее, небоевого) насильственного изменения прежнего образа жизни.

Соответственно насилие, достигающее масштабов войны, получило свое место во всех сферах человеческого бытия, что осуществилось, говоря военным языком, появлением следующих глобальных театров войны.

Первый и главный глобальный театр войны – в духовно-религиозной сфере.

Второй (промежуточный) глобальный театр войны – в информационно-психологической сфере.

Третий (низовой) глобальный театр войны – в физической (материальной) сфере.

Четвертая мировая – первая георелигиозная

Такова, на наш взгляд, иерархия смыслов и сущностей глобального противоборства в XXI веке. Планетарные театры войны в зависимости от применяемых видов и средств насилия, пространственных показателей и направлений воздействия подразделяются на соответствующие театры военных действий. Таким образом, из многотысячелетней глубины человеческой истории на высшую ступень в иерархии земной жизни в явном виде опять поднялся, а точнее – вернулся религиозно-духовный смысл бытия. Но вернулся не в виде христианской божественной иерархии смысла жизни человека, семьи, народа и человечества в целом, а в обличие ее смертельной противоположности в форме глобальной гибридной войны за полное мировое господство темных инфернальных сил.

К глобальной гибридной войне человечество вели постепенно. Вначале возможность гарантированного взаимного уничтожения СССР и США увела вооруженное противоборство основных геополитических противников от ядерной войны как «генерального сражения» в область последовательного, дробного достижения национальных целей путем ведения локальных войн и вооруженных конфликтов. Одновременно начался перенос значительного объема содержания и самого понятия войны в область человеческого сознания и духовной сферы в целом.

Однако после поражения Советского Союза в мировой холодной войне и завоевания в России путем инфернально-либерального идеологического превосходства в общественно-политической области у главного противника возникло ощущение возможности установления полного господства над всем человечеством. В итоге существенные изменения произошли не только в материально-пространственном измерении геополитического противоборства и вооруженной борьбы, которые традиционно включали сушу, воздух, море и космос и затем нашли свое отражение в информационно-технической области. Качественный, поистине революционный скачок произошел в информационно-психологической сфере с появлением возможности непосредственного воздействия на саму психобиологическую сущность человека, отдельного народа и человечества в целом, но главное – появилась возможность установления самого важного господства – в системообразующей мировоззренческой, духовно-религиозной сфере.

Сейчас на наших глазах развертывается первое в человеческой истории георелигиозное сражение, ставшее началом первой на Земле всемирной георелигиозной психобиологической войны. В духовном, метафизическом плане главными воюющими сторонами в этой войне являются Бог и Сатана (в переводе с арамейского Сатана – это Противник).

Георелигиозный смысл и сущность вышедшего из-за кулис глобального религиозно-духовного противоборства заключаются в борьбе Сатаны против Бога с целью сокращения численности земного человечества и лишения Бога возможности воспроизводства на Земле разума в виде наших бессмертных человеческих душ. Атеистическая идеология в СССР вообще не рассматривала религиозную составляющую в виде системообразующего фактора военного дела. Слова великого русского полководца Александра Суворова: «Бог нас водит. Он нам генерал! Молись Богу, от Него победа!» воспринимались только как красивая, но устаревшая фраза, якобы не имеющая значения для военного искусства.

В отличие от нас религиозная составляющая и утверждение богоизбранности американского народа до последнего времени никогда не уходили из американской геополитики. Идея богоизбранности нашла свое отражение и в Стратегии национальной безопасности и в Военной стратегии США. Процитирую известного коллегу по Центру военно-стратегических исследований Генерального штаба Татьяну Грачеву: «Это свидетельствует о глубинных религиозных процессах в Соединенных Штатах. Поддержка политики Израиля проявилась не только в экономической, политической и военной областях. Может быть, самое главное, что она оказала воздействие на духовные процессы и выразилась в проникновении философии иудаизма в протестантское богословие. Отсюда эти претензии на богоизбранность и как следствие на господство в мире». В этой же религиозной парадигме действует и нынешний президент США Дональд Трамп, на инаугурации которого иудейский раввин зачитал псалом Ветхого завета, утверждающий право Сиона на мировое господство. Дочь Трампа приняла иудаизм. Поэтому официальное признание Соединенными Штатами Иерусалима в качестве столицы Израиля имеет прежде всего георелигиозное и только потом геополитическое значение. Истинные цели Мировой Закулисы не вызывают сомнений.

Религия возвращается

Рассмотрим, как в мировой истории чередовались на первом месте религиозные и политические цели войны и почему именно сейчас религиозно-духовные цели опять стали главным и системообразующим фактором явления войны.

Первый период. Войны на земле были всегда на всем протяжении человеческой истории. Первоначально цели и задачи войн практически совпадали: это были явные материальные приобретения в виде новых земель, населения, рабов, золота и другой добычи.

Второй период. С появлением вначале в I–IV веках в Европе, затем в VII веке на Ближнем Востоке континентально-региональных религий христианства и ислама открыто заявленные цели и действительные практические задачи в войнах и внутренних вооруженных конфликтах как внутри соответствующих религиозно-государственных субъектов, так и между ними основывались на религиозно-догматических канонах, придавая материальным приобретениям вторичный характер. Религиозные догмы имели явную системообразующую основу.

Третий период. Первым историческим сражением в истории Европы, в котором религиозные основания будто бы перестали быть главным системообразующим фактором, стала так называемая Великая французская революция 1789 года. Обычно при оценке этой революции на первый план выносят ее антимонархическую составляющую, сопряженную с тезисом о свободе, равенстве и социальной справедливости. Однако в действительности это одновременно было первое, уже открытое сражение темных инфернальных сил Сатаны против духовных устоев христианства под политическим флагом борьбы с монархией. Но тогда в рамках общенародного пока еще христианского мироощущения французского общества заявлять об этом открыто было невозможно. Вольтер, стоявший согласно исследованию Огюстена Баррюэля во главе заговора против христианства, в своих письмах сообщникам призывал: «Раздавить гадину!». Вспомним, как антисоветчики и христоненавистники требовали того же в октябре 1993 года перед расстрелом Верховного Совета РСФСР.

Таким образом с конца XVIII века и началом Наполеоновских войн политика выделилась из религии и внешне приобрела самодостаточное значение. Теперь на первом плане во всех войнах и других вооруженных конфликтах XIX века открыто стояли политические, территориальные, экономические, идеологические и иные цели, в которых религиозные различия за редкими исключениями были подчас хоть и важными, но недостаточными для распознавания сущности и содержания войны как явления. Такими же внешне были и две мировые войны в XX веке. Однако Первая мировая наряду с открытыми политическими целями имела своей главной, скрытой религиозно-политической целью уничтожение христианских монархий – оставшуюся государственную основу европейского христианства. Вторая мировая война была развязана для уничтожения Советского Союза – формально атеистического, но по своей моральной сущности оставшегося государством, хранившим духовные ценности христианства.

Четвертый период. В 1946 году известная речь Черчилля в Фултоне фактически стала объявлением так называемой холодной войны Советскому Союзу. Напомним еще раз, что ни советская политическая наука в лице марксистко-ленинского учения о войне и армии, ни советская военная наука за все годы ведения этой действительно мировой войны вплоть до разрушения СССР, Варшавского договора и социалистического лагеря в целом так и не смогли выработать свое определение этого явления и дать ему соответствующий военно-политический термин. В итоге это нераспознанное по своей сути всемирно-историческое духовное сражение между сатанинским капитализмом и атеистическим социализмом стало победоносным для Сатаны. Несправедливое социальное материальное победило справедливое социальное идеальное, точнее – то, что от последнего осталось в массовом сознании советского народа и народов других европейских социалистических стран. Таким образом, без Бога и помощи его светлых небесных сил победить сатанинские инфернальные силы только человеческими силами оказалось невозможным. То, чего не удалось сделать в ходе Второй мировой, было достигнуто холодной войной, которая стала идеологическим психоинформационным прологом к начавшейся сейчас георелигиозной психобиологической войне.

Пятый период. Уничтожение в 1991 году формально атеистического Советского Союза, но по своим духовным ценностям – православно-христианского государства развязало руки Мировой Закулисе. Призрак полного господства над всем человечеством с одновременным резким (в десять раз) сокращением его численности заманчиво замаячил перед глазами заговорщиков. И уже стало неважным, что после искусственно созданных ранее вирусов иммунодефицита человека (ВИЧ), птичьего и свиного гриппа, атипичной пневмонии и других инфекционных болезней очередная попытка создания универсального штамма вируса-убийцы оказалась не вполне удачной. Его недостаточная летальность вполне компенсируется всемирным нагнетанием через послушных правителей и СМИ пандемии страха перед заболеванием и искусственным распространением через врачей инфицированных тестов и массовым лишением здоровых людей, в том числе детей, свежего воздуха. То, что не получалось ранее сделать геополитическими и военными геостратегическими средствами, сейчас пытаются достичь через подавление человечества всеобщим мировым страхом перед Сатаной и его прислужниками. Всемирное духовное господство с тотальным цифровым контролем над всеми государствами и народами Земли – вот главная, георелигиозная цель начавшейся глобальной психобиологической войны.

Таким образом, наши противники уже давно поняли важнейшую роль религиозно-духовной составляющей в войне и в других формах геополитического противоборства и получают мощную инфернальную поддержку темных сатанинских сил. Соответственно и нам необходимо вернуться к нашему историческому христианскому мироощущению и обратиться за помощью к светлым божественным силам на небесах. Вне «гипотезы о Боге» не может быть полного и верного понимания сущности войны и других форм геополитического противоборства ни в христианском мироощущении, ни в мусульманском, ни в буддийском или в любом ином цельном божественном миропонимании сущности человеческого бытия. Без Бога, одними своими человеческими силами мы не победим это мировое зло.

Россия должна восстановить свое значение мирового религиозно-духовного центра правды и справедливости на Земле. Москва – Третий Рим!

Владимир Квачков, кандидат военных наук, полковник в отставке

 

Источник

Просмотров: 89 | Добавил: АндрейК | Рейтинг: 0.0/0

поделись ссылкой на материал c друзьями:

Другие материалы по теме:
 

Высказанные в текстах и комментариях мнения могут не отражать точку зрения редакции
Всего комментариев: 1
avatar

0
1
А где упоминания о войне великих теоретиков марксизма. Уж они в свое время дали полное определение этому явлению.
avatar

Форма входа
нет данных
Логин:
Пароль:

Реклама

Видеоподборка

00:03:39

00:12:07

00:48:42

00:43:40

Новости партнёров






Мини-чат
Загрузка…
поделись ссылкой на сайт с друзьями:

 
Яндекс.Метрика
work PriStaV © 2020 При использовании материалов гиперссылка на сайт приветствуетсяХостинг от uCoz
Наверх