Моя война. Чеченский дневник окопного генерала. УСПЕХ НЕ ЗА ГОРАМИ, А В ГОРАХ. УДАР «ОТ БОРТА»

Моя война. Чеченский дневник окопного генерала. УСПЕХ НЕ ЗА ГОРАМИ, А В ГОРАХ. УДАР «ОТ БОРТА»В декабре 1999 года в моей жизни произошло волнующее событие: Указом Президента РФ я был удостоен звания Героя России. Узнал об этом, находясь в штабе восточной группировки. Позвонил министр обороны И. Сергеев. Поздравил, сказал теплые слова. Звезд Героев были удостоены также генералы В. Казанцев и В. Шаманов. В свою очередь, я поздравил их, пожелал успехов в скорейшем разгроме бандформирований.

Ближе к вечеру подошли генерал С. Макаров (который позже сменил меня на посту командующего восточной группировкой) с группой офицеров штаба. Открыли шампанское. Принимая поздравления, я сказал, что эта высокая награда не только моя, но и всех собравшихся в этой комнате. Мы обнялись.

Вглядываясь в лица своих подчиненных, я понял, что они искренне рады за своего командира. Мне было приятно. Такие минуты надолго остаются в памяти.

Накануне Нового года в Кремле состоялось вручение высших наград. Звезду Героя на мой парадный китель прикрепил Борис Николаевич Ельцин. Пожалуй, это было последнее публичное появление Ельцина в качестве Президента страны. Через два дня он выступит по телевидению и передаст свои полномочия В. Путину. Бориса Николаевича я видел не в первый раз, но запомнил именно это его крепкое рукопожатие. (Чувствовалось он по-настоящему рад за нас, военных, рад нашим победам.)

Однако до окончательной победы было еще далеко.

В середине декабря 1999 года боевики были вытеснены в горы и стали концентрироваться в Шатойском, Веденском, Ножай-Юртовском районах. Они удерживали Аргунское ущелье, но продолжалось это недолго.

В результате проведенной операции по блокированию горной дороги Итум-Кале — Шатили боевики лишились основного маршрута доставки вооружения, боеприпасов и материально-технических средств через Грузию. По имеющимся данным, на территории закавказской республики как раз была подготовлена к отправке большая партия груза на базы бандформирований в районе Шатоя. Высадка нашего воздушного десанта в верховья Аргунского ущелья стало полной неожиданностью для боевиков.

Сначала, из-за противоречивости информации, сведения о десанте боевики восприняли с недоверием, как несоответствующие действительности. В данном случае прекрасно сработали наша агентурная разведка и специалисты по радиоэлектронной борьбе. Когда же полевые командиры окончательно уяснили ситуацию, было уже поздно. Руководивший десантированной группировкой генерал М. Ашуров отбил все атаки бандитов.

В начале февраля, после освобождения Грозного, общая обстановка выглядела следующим образом. Основные силы бандформирований располагались теперь только в горах (около 5000 человек). А вот какой был их расклад, так сказать, боевые составляющие: в Аргунском ущелье — до 2000 боевиков во главе с Э. Хаттабом. В Веденском районе — до 600 боевиков. Общее руководство осуществлял Ш. Басаев, однако после получения ранения фактически его замещал один из подчиненных полевых командиров; в Ножай-Юртовском районе действовала банда Ширвани Басаева (до 800 человек); в Итум-Калинском и Шатойском районах промышляли несколько групп общей численностью до 1000 боевиков под руководством Р. Гелаева.

Система управления и связи отрядов, основанная на использовании УКВ-радиостанций (и оправдавшая себя прежде), в горах оказалась уязвимой для огневого поражения. Боевики стали использовать специальные ретрансляторы, смонтированные на базе автомобилей. Для большей скрытности управления они разработали переговорные и кодовые таблицы, кроме того, начали чаще применять старую систему посыльных (женщин, подростков).

Чтобы удержать как можно дольше тот или иной населенный пункт или сдержать продвижение федеральных сил, бандиты прибегали к самым разнообразным и порой весьма хитроумным приемам.

Приведу лишь некоторые из них: на вероятных маршрутах движения войск в полотно дорог закладывали заглушенные отрезки труб с легко воспламеняющейся жидкостью; перед окопами оборудовались мощные минные поля. Минирование происходило «в два этажа». На дно углубления закладывалась первая мина, засыпалась землей или глиной, а на нее сверху — вторая, и все это маскировалось. Если удавалось обнаружить и разминировать верхнюю мину, то оставалась еще вторая; выходили боевики из населенных пунктов или прибывали в них по ночам, мелкими группами, по труднопроходимым участкам местности; чтобы раскрыть систему охраны, обороны и расположение огневых средств федеральных сил, боевики часто использовали собак с закрепленными на ошейниках фонариками. Издали такой светящийся объект можно было легко принять за движущегося человека.

Кроме этого, при обороне горных сел бандиты широко использовали тактику действий из засад. Пропуская наши подразделения к себе в тыл, они скрытно выходили из блиндажей и подвалов, открывали фланговый и перекрестный огонь. При этом гранатометы били по нашим танкам и БМП с предельно малого расстояния — от 60 до 100 метров.

По-прежнему эффективно использовались снайперские пары. Как правило, они вели огонь через подготовленные амбразуры в фундаменте зданий. Снайперы без труда определяли командиров и других офицеров: использовался так называемый явный разведпризнак — присутствие рядом связиста с рацией. Кстати, это в очередной раз подтвердило необходимость укомплектования наших подразделений малогабаритными средствами связи.

Анализируя общее состояние бандформирований, засевших в горах, мы выделяли и сильные, и слабые их стороны.

К первым можно отнести следующие факторы: опыт ведения боевых действий (воюют вот уж шестой год); национально-религиозный фанатизм и готовность к самопожертвованию (система «смертников», камикадзе); беспрекословное подчинение командирам; четкая организация ротации (замены) бандитов в зоне боевых действий; наличие в отрядах иностранных наемников и инструкторов, прошедших всестороннюю подготовку в специальных лагерях в странах Ближнего Востока и Средней Азии; хорошее знание местности и умелое ее использование; заблаговременная подготовка населенных пунктов и местности к долгосрочной обороне; создание запасов вооружения, боеприпасов и материальных средств; широкое использование автомобильного и гужевого транспорта (лошадей, ишаков); оснащенность современным вооружением и снаряжением (как правило, иностранного производства); использование местного населения (женщин, детей) для решения разведывательных задач; разветвленная сеть управления и современных средств связи.

К слабым сторонам боевиков можно отнести: частичную деморализованность отрядов, потерпевших поражение на равнине и особенно в Грозном; утрату поддержки со стороны значительной части населения; все более глубокие разногласия между полевыми командирами; убывание пополнения запасов вооружения, боеприпасов и материально-технических средств; трудности в оказании своевременной и должной медицинской помощи…

Произведя перегруппировку, федеральные войска уже в середине декабря приступили к освобождению горной части Чечни. Еще будучи командующим восточной группировкой, я определил замысел операции. Суть состояла в том, чтобы с помощью тактических воздушных десантов захватить господствующие высоты и только после этого подтягивать основные силы. Другими словами, атаковать боевиков мы намеревались не снизу, а сверху, с гор. Вскоре десанты были высажены в Шароаргунском ущелье, в районе Дай. Чуть позже на юге подразделения 56-го десантно-штурмового полка десантировались вертолетами в районе Ялхорой и выполнили задачу по блокированию Аргунского ущелья.

Чтобы не допустить беспрепятственного проникновения бандформирований из горной в равнинную часть республики, мы приняли меры по дооборудованию и уплотнению войсками полосы прикрытия предгорных районов. Она должна была представлять собой непроходимую для боевиков систему опорных пунктов и минно-взрывных заграждений в сочетании с системой огня всех огневых средств. Для пропуска мирных жителей из зоны боевых действий в районах Чири-Юрт и Сержень-Юрт были развернуты КПП.

Таким образом к началу февраля 2000 года бандформирования в горах были заблокированы полосой прикрытия на севере, а на юге — тактическим воздушным десантом, перекрывавшим пути маневра боевиков и маршруты доставки оружия и боеприпасов.

Теперь можно было активизировать действия по уничтожению бандформирований в горных районах. 10 февраля мы взяли под контроль райцентр Итум-Кале, а затем полностью освободили Веденское ущелье.

К 19 февраля были завершены инженерные работы по прокладке колонных путей для обеспечения выдвижения подразделений Объединенной группировки войск в горах. О том, какими темпами они велись, дают представление такие цифры: за два месяца пройдено свыше 60 километров — примерно по километру в день. И это при том, что инженерам приходилось трудиться в сложных условиях. Впервые без производства изыскательных работ в горах, на высоте 1500-2500 метров, были пробиты участки. В состав отрядов обеспечения движения (ООД), как правило, включались: инженерно-саперный взвод с буровым отделением, инженерно-дорожная рота в полном составе, танк с тралом. Все это придумал и осуществил со своими людьми начальник инженерных войск СКВО генерал А. Красников.

Попутно, при разминировании местности, путей и объектов было обнаружено и уничтожено 384 (!) взрывоопасных предмета, в том числе 236 фугасов, снято 16 радиоуправляемых фугасов.

Кроме восточной и западной группировок, действовавших в горах, была создана новая группировка «Центр». Основные ее усилия сосредоточивались на направлении Итум-Кале, Дачу-Борзой, на блокировании и уничтожении боевиков в районе Шатоя. Огневое поражение наносили ударами авиации и артиллерии, чтобы вынудить боевиков оставить господствующие высоты и уйти в шатойскую долину. Руководил группировкой «Центр» генерал В. Булгаков, а впоследствии — генерал В. Молтенской.

Следует отметить такую редко встречающуюся в практике особенность: наши войска были сосредоточены в горах, у границ с Грузией, и действовали по принципу «сверху вниз». Это напоминало чуть перекошенный бильярдный стол с шарами у бортика. Мы как бы били от борта. Думаю, небезынтересен для читателя и намечавшийся план операции.

Войскам группировки «Центр» предстояло ударом по сходящимся направлениям окружить бандформирования в районе населенных пунктов Борзой, Урдюхой, Большие Варанды. Действиями войск, ударами авиации, огнем артиллерии и средств прямой наводки нанести поражение боевикам, а затем приступить к спец-операции в блокируемом районе до полного их уничтожения.

Последующая задача формулировалась так: «разведывательными и поисково-рейдовыми действиями в северном направлении, используя результаты огневого поражения, во взаимодействии с войсками восточной и западной группировок, уничтожить противника в Аргунском ущелье».

Чтобы облегчить действия группировки «Центр» подразделения «Запада» в течение 25-27 февраля блокировали Харсеной, а группировка «Восток» «закрыла» боевиков в районе Улус-Керт, Дачу-Борзой, Ярышмарды.

Впервые за время проведения контртеррористической операции был создан усиленный разведывательный отряд, включавший несколько разведывательных групп, взвод наблюдения. Ему были приданы минометный взвод, противотанковое, огнеметное и инженерно-саперное отделения.

18 февраля первый эшелон отряда был высажен на гору Альпийскую. В течение трех суток бандиты (30 человек), закрепившиеся на этой высоте, были уничтожены. В последующем отряд вел разведку наблюдением. Полученные данные использовались для поражения объектов противника огнем артиллерии и ударами авиации.

Высокую эффективность в горах показали снайперские пары из подразделений Минюста. Так, в районе горы Альпийской группа снайперов, вооруженных 12,7-миллиметровыми снайперскими винтовками «Взломщик», за трое суток практически уничтожила все огневые точки противника на горе Гойтенкорт.

Боевики, засевшие в горах, в отличие от первой чеченской кампании, широкомасштабного сопротивления не оказывали. Зато «зубами держались» при обороне районов дислокации важных баз, лагерей и складов. Хорошо зная местность и имея заранее приготовленные укрепления, они проводили внезапные контратаки с применением массированного огня минометов, ПТУРов, самодельных пусковых установок НУРС, РПГ и стрелкового оружия. Особенно упорно удерживались Малые Варанды, урочище Харсеной и высоты восточнее Шаро-Аргун.

Однако после значительных потерь в живой силе, технике и вооружении, после захвата и уничтожения нашими войсками складов и баз, истощения сил в условиях горной зимы у боевиков не чувствовалось особого желания воевать в горах. К тому же усилия группировки «Центр» вынуждали бандитов прорываться на равнину или в другие горные районы.

В нашем арсенале были различные способы обнаружения базовых лагерей противника. Об одном из них, с применением следовых собак, я уже рассказывал в главе, посвященной генералу В. Булгакову.

Другой лагерь был обнаружен в районе Беной-Шатой, где находилось несколько заброшенных сел. По агентурным данным, здесь в развалинах прятались боевики. Пришлось применить другую тактику — вместо артиллерии ночью подтащили несколько минометных подразделений. В результате массированного минометного обстрела было уничтожено несколько десятков бандитов, захвачен склад с оружием и боеприпасами…

Бои в горах еще продолжались, когда в грозненском аэропорту «Северный» состоялись торжества, посвященные Дню защитников Отечества. Многие журналисты назвали это «парадом победителей». Телевидение (РТР) вело прямую трансляцию на всю страну. Конечно, это мероприятие не лишено было пропагандистского налета и мало походило на «парад победителей», в широком смысле слова. Да и не было таких намерений у организаторов. Просто люди на войне отвыкли от праздников, от веселья и улыбок и поэтому нуждались в какой-то разрядке. А тут и повод подходящий…

К тому времени «Северный» был уже разминирован, отремонтирована взлетно-посадочная полоса. На бетонку сел ТУ-154. Поздравить личный состав Объединенной группировки войск прибыл Министр обороны РФ маршал И. Сергеев. Он вручил многим солдатам и офицерам государственные награды, а генералам Казанцеву, Шаманову и мне — погоны, поздравив при этом с присвоением очередных воинских званий. Торжественным маршем мимо трибуны прошли десантники и мотострелки, морские пехотинцы и подразделения МВД. Тут же, в аэропорту, состоялся праздничный концерт, в котором приняла участие и группа известных артистов во главе с поэтом-песенником И. Резником.

На следующий день артистический «десант» приземлился на военную базу в Ханкале. В гости к воинам прибыли В. Пельш, Н. Носков, А. Свиридова, группа «Белый орел». Нечастыми бывают подобные встречи на войне. В первую чеченскую кампанию артисты почти не приезжали. Помню, был Юрий Шевчук, Андрей Макаревич, «на-найцы» с Федосеевой-Шукшиной, кто-то еще. Сейчас куда больше…

Еще одна примета времени: в канун праздника в войска группировки поступил специальный номер журнала «Огонек», посвященный воюющей в Чечне армии, который стал «бестселлером» — вырезками из него обклеевали палатки и вагончики в Ханкале.

Со всех уголков России шла гуманитарная помощь, прежде всего солдатам и офицерам, находившимся на излечении в госпиталях. Посетили Ханкалу и представители Ростовской области, других областей и республик Северного Кавказа. Причем они приезжали не только по праздникам. Такая практика шефства получила в Чечне постоянную прописку.

Деловые и одновременно дружеские отношения сложились у меня с губернатором Ростовской области В. Чубом, который, кстати, является членом Военного совета нашего военного округа. Владимир Федорович, при всех своих огромных хозяйственных заботах, постоянно контактировал с военными, оказывал всестороннюю помощь (в том числе денежными средствами), отличившимся воинам, подарил автобус школьникам в военном городке одного из полков 42-й мотострелковой дивизии, расквартированной в Чечне.

http://wpristav.com/publ/istorija/moja_vojna_chechenskij_dnevnik_okopnogo_generala_uspekh_ne_za_gorami_a_v_gorakh_udar_ot_borta/4-1-0-1385

Комментарии 0
Поделись видео:
Оцените новость
Добавить комментарий