Косово поле. Россия. Часть 10

Беллетристика

Косово поле. Россия. Часть 10

Глава 10. ВЕСЕЛЬЧАК У

Дверь парадного приоткрылась, и на асфальтовую дорожку, заросшую с обеих сторон невысокими кустами, бодро выскочил пузатый человечек в очках, в синем шерстяном тренировочном костюме, в которые раньше обряжали заводские футбольные команды, в войлочных серых тапочках на босу ногу и с мусорным ведром в руке.

Человечек близоруко прищурился и засеменил к железному контейнеру в двадцати метрах от угла дома.В «девятке» синхронно приоткрылись задние двери.

Рокотов положил ладонь на резиновый уплотнитель, скрывающий опущенное полностью стекло, и приготовился вмешаться.Человечек опрокинул ведро в контейнер, похлопал по днищу, выбивая застрявшую газету, и отправился обратно, помахивая уже пустой емкостью.Водитель «девятки» обернулся к пассажирам и что то коротко приказал. Дверцы захлопнулись.

Владислав расслабился. «Значит, знают в лицо… И намерения у них самые недобрые. Эх, повезло так повезло! Именно у того дома, что мне нужен, сидят четверо дебилов и кого то поджидают. — Биолог снова навел бинокль на автомобиль. — Что у них сзади валяется? Фуражка какая то… Похожа на штатовскую, шерифы такие носят. Бутафория? Вероятнее всего… На американских полицейских они уж точно не тянут. Кокарда здоровенная… Щит с надписями. Может, охранное предприятие? А что, вполне. Частные детективчики ныне — сплошь бандиты и менты бывшие. Что по сути одно и то же. Сидят, караулят кого то. Видимо, человек им денег должен. Или им так кажется… Ладно, жду еще полчаса, а там надо вмешиваться. Целый день мне тут торчать не резон…»

— Кто это? — Димон указал на толстячка с ведром.

— Алеша, с третьего этажа…

— Ага… — Чернов удобно расположился в кресле, осматривая окрестности в щель между шторами. — Дернулись, гаденыши… И мужик в «кабане» напрягся. Интересно…

— Ты все еще думаешь, что это контролер?

— Уже не уверен. Создастся впечатление, что он готовится напасть на них сзади. Ждет момента, когда они из тачки выберутся… Блин, жаль, мы его телефона не знаем…

— О чем это ты?

— У него на торпеде трубка лежит. Звякнули бы, перетерли ситуевину…

— Мой приятель в ГАИ работает… Тьфу, в ГИБДД по нынешнему… Может, позвонить и пробить номерок тачки?

— Без понту… Сто процентов даю, что «кабан» левый. Рабочий вариант, висит на совершенном лохе, — со знанием дела заявил Чернов, — обычная практика. Вся братва так поступает.

— А этот что, из братвы?

— Ну уж не лох, это точно! Тачку поставил грамотно, на уход. Может в три стороны рвануть. Вездеход хрен заблокируешь, он через пустырь прорвется, где ментовские «жигули» завязнут. — Экс «браток» нашарил сигареты, не отрывая глаза от игрушечной подзорной трубы. — Пацан соображает, что и как…

— А эти в «девятке»?

— Другое дело. У них маршрут отъезда только один — по дорожке влево и там уже на Кырлу Мырлу. Во он моя «бомба» аккурат наперерез стоит. Если б я там сидел, то перекрыл бы отход в секунду…

— Получается, они заперты?

— Пока нет, но это можно устроить. Судя по всему, они караулят тот подъезд, в который выходит дверь квартиры, где ты прописан. А мы сейчас в соседской… О которой они, похоже, не догадываются.

— Очень может быть, — согласился Иван, — я права собственности оформил только месяц назад. Никакие данные в адресное бюро еще не поступили.

— Вот именно. И пасут тебя неграмотно… Взяли из материалов того же уголовного дела место прописки и подъехали. Как и в прошлый раз. Только теперь решили подстраховаться и явились вчетвером.

— Про тех, прошлых, что нибудь известно?

— А як же! — Димон выпустил клуб дыма. — Мусорок сейчас увольняется, а второй придурок исчез… Думаю, у него начались кру упные проблемы в личной жизни. Ему ж как то надо объяснить, зачем он двух азерботов на рынке хлопнул.

— А он что, на свободе?

— Выпустили под подписку. Прямой доказухи нет, да и ментовское начальство вмешалось. Не хотят раздувать, чтоб их сотрудника не зацепило. А как того уволят, так второго с подписки в камеру вернут. Если найдут, разумеется…

Владислав поменял позу и помассировал затекшее бедро.Парни продолжали сидеть в машине, время от времени выбрасывая окурки в открытые окна,

«Идиоты. Вещдоков — полдвора набросали. Если будет следствие, то окурками их прижмут в шесть секунд… Если будет… Они что, уверены в собственной безнаказанности? Видимо, да… Но почему? Вопрос… — Рокотов опять посмотрел на часы и перевел взгляд на заинтересовавшее его окно. За стеклом отчетливо виднелся силуэт крупного мужчины. — Любопытный сосед. Была бы старушка, было бы понятно… Молодые бугаи обычно просто так в окна не пялятся. Значит, есть интерес. Почти час у окна торчит. Примерно столько же, сколько и я. В махаловку вмешиваться не будет, а вот в мусарню позвонить может… Минута на работу, три минуты до ближайшего съемного гаража… — Биолог сверился с картой. — Положим, четыре минуты… Номер у меня сейчас липовый. И сзади, и спереди…»

Вместо обычных номерных знаков на «мерседесе» стояли так называемые «кассеты» — поворачивающийся по оси прямоугольник, каждая из четырех граней которого была украшена своим номером. Эта примитивная схема управлялась из салона ручкой отопителя. Поворот ручки — и номера спереди и сзади синхронно менялись. Истинному номеру автомашины соответствовало положение «выключено».Механик постарался на славу.

Кассеты были заподлицо имплантированы в бамперы, обнаружить устройство можно было только при снятии внешних панелей. Визуальный осмотр ничего бы не дал.Имелись еще «дополнения», но пока Владислав ими не пользовался.

«Терять целый день я не могу… Что ж, придется взбодрить этих уродцев».Рокотов бесшумно распахнул дверцу, так же бесшумно ее закрыл, встряхнул руки и медленно двинулся к «девятке», держась за растущими вплотную к дому деревьями.Майор Бобровский придавил уголок огромного, метр на метр, черно белого фотоснимка тяжелой пепельницей и почти лег животом на стол, высматривая с лупой мельчайшие детали шпионского снимка.

— И что ты там нашел? — Капитан Сухомлинов на секунду отвлекся от телетайпной ленты.

— Не пойму… Америкосы зачем то перебросили два «е эс сто тридцать пятых»[53]с запада на восток. Такое впечатление, что они подтягивают командные посты ближе к Украине.

— А смысл?

— Не вижу… Потому и говорю, что не понимаю. У НАТО в этом районе уже есть три «Джей Старза»[54]. Два дополнительных командных пункта ни к чему… Если только они ничего не замышляют на нашей юго западной границе.

— А что им там делать?

— Не знаю, — Бобровский раздраженно потер нос. — Бред собачий… Никаких учений либо чего подобного у нас там не намечено.

— А у хохлов?

— Тоже. Тем более что за хохлами им скрытно наблюдать не нужно. Кучма янкесов давно к себе в Генштаб запустил.

— Самолеты пошли без прикрытия?

— Сейчас посмотрим…

Григорий открыл толстую нанку из красного пластика, украшенную буквой "В", и провел толстым пальцем по строчкам последней распечатки.

— Та ак…

Сухомлинов плеснул себе чаю из термоса.

— Пусто… «Иглы» и «Фалконы» на месте. Продолжают обрабатывать югославов.

— Ладно тебе, — примиряющим тоном сказал капитан, — перегруппировка «е эсок» ни о чем пока не говорит.

— Сама по себе — да. Но что ты на это скажешь? — Бобровский положил перед капитаном таблицу из штаба военно космических сил.

— Перегруппировка «Эшелона». Я уже видел эти данные…

— А зачем?

— Гриша, не говори загадками.

— Сережа, ну как ты не врубаешься! Янкесы перегоняют три спутника на орбиты в тысяче километров от театра военных действий, потом в том же направлении начинают движение воздушные командные пункты.

— И все равно… Информации для вывода маловато.

— Но ты согласен, что эти два перемещения взаимосвязаны?

— Нет.

— Как нет? — подскочил майор.

— У меня нет данных внешней разведки. Приказ на перегруппировку «Эшелона» поступил из оперативного центра штаба ВВС Америки, а «е эски» пошли по приказу Кларка.

— Хорошо. Но почему одновременно?

— В те же дни, помимо спутников и самолетов, пришли в движение еще тысячи объектов. А ты выдернул из этой кучи только два момента.

Сухомлинов не сомневался в интуиции приятеля и сослуживца. Однако стоял до конца, вынуждая Бобровского сначала исчерпать аргументы, а потом уже переходить к выводу. И Григорий принимал такие правила игры.

— Согласен. Слушай сюда, — майор развернулся в крутящемся кресле, — недавно у нас проходило сообщение, что на «е эски» поставили новый тип коммуникатора, замкнутого именно на «Эшелон».

Капитан кивнул.

— Было дело. И?

— Три космические платформы перешли на другие орбиты…

— Стоп! Я видел распечатку орбит. Один завис над Прибалтикой, а два находятся не в стационарных точках, так что область слежения может располагаться где угодно по маршруту.

— Прибалтика — это совсем рядом с нами.

— С Восточной Европой — тоже. Например — все побережье Балтийского моря.

— Там достаточно кораблей.

— Если рассматривать только побережье…

— Ладно, — Сухомлинов присел на край стола, — излагай дальше.

— Самолеты переброшены поближе к району Белоруссии Литвы.

— Все равно до нас далеко.

— А до Минска?

— При чем тут Минск?

— Как при чем? — Бобровский вскинул брови. — А кто договор с Россией собрался подписывать?

— Отследить маневры наших политиков можно, не выходя в космос и не привлекая дли этого средства авиаразведки. В Кремле да и в Беларуси достаточно сволочей, которые сольют янкесам всю документацию и по подготовке, и по пунктам договора. Тем более что сам договор то не секретный, его текст давно опубликован.

— А приложение об обороне?

— Стандартная формула, — Сухомлинов наморщил нос, — америкашкам известна не один месяц. Лука лично о приложении говорил с трибуны. И Боря ничего не скрываем

— Но районы размещения противоракетных систем им неизвестны, — не сдавался майор.

— Ради этого гонять спутники? Проще купить кого нибудь у нас в министерстве.

— Перепроверка источника.

— А что его перепроверять? И так дубляж трехкратный. Если не больше…

— Тебя ничем не пробьешь!

— А ты не злись. Мысль интересная, но сырая.

— У тебя есть объяснения?

— Пока нет.

— Ну вот!

— Что — вот? Я над этим еще не думал. — Бобровский вскочил и зашагал по бункеру.

— Не дергайся, — посоветовал Сухомлинов, — съездишь в отпуск, отдохнешь. Сегодня последнее дежурство.

— Ага. Будто ты сам не знаешь, куда я еду.

— Все равно смена деятельности.

— Это верно, — майор разгладил снимок и вернулся к теме разговора, — но упускать из виду взаимосвязь всё равно нельзя.

— Я не говорил, что связи нет.

— Да да да… А вот лично ты что еще бы подтянул, чтобы замкнуть круг?

— Интересный вопрос… Я бы направил и Вильнюс или Ригу самолеты разведчики малой дальности.

— Но там их нет.

— И не предвидится, если судить по оперативной информации. По крайней мере, подготовки не ведется. — Сухомлинов зевнул. — Хотя для переброски пары тройки самолетов требуются сутки.

— Отметь для себя направление.

— Уже отметил. Я попрошу группу Пономарева взять «е эски» на контроль.

— Он вернулся из Владика?

— Позавчера…

— Это хорошо. Как у него прошло?

— Япошки пока не чухнулись.

— Оборудование обкатали?

— Ага. Говорит, что разрешающая способность на порядок увеличилась. Секут цели до семидесяти сантиметров диаметром. Штатовский — «бушмейстер» отдыхает.

— По реальным объектам проверяли?

— Только тем и занимались. У «эф эс иксово»[58]бортовые компьютеры с ума сходили. — Сухомлинов улыбнулся. — Излучение радара показывают, а местоположение источника — нет.

— Весело.

— Это еще что! Там у них один случай произошел…

Димон отложил тpy6y, встал с кресла и потянулся. Деятельная натура требовала какого нибудь поступка, а не тупого сидения перед окошком.

— Пойду прогуляюсь.

— Куда это ты? — подозрительно спросил Иван.

— Они меня не знают. Подумают, что я здесь живу, в соседней парадной. Поинтересуюсь, какого хрена они торчат под моими окнами.

— И что?

— Вот и посмотрим… Уже почти одиннадцать, а они с места не двигаются. И мужик в «мерсе» сидеть продолжает. Не пойму — если твой разговор о стрелке в десять слышали, то чего ж они до сих пор ждут?

— Боятся пропустить? — предположил Вознесенский. — Или ждут моего возвращения?

— Телефон, значит, они не контролируют, — задумчиво произнес Чернов. — Это плюс… Кто знает, что ты завтра в Москву смываешься?

Иван пожевал губами.

— Никто…

— Точно?

— Только мои партнеры в Москве. Тут я никого не предупреждал.

— Уверен? Не мог случайно в разговоре упомянуть?

— Точно никому. А почему тебя это интересует?

— Да я вот думаю — чего эти ребятки именно сегодня сюда присели и так плотно караулят? Как будто знают, что с завтрашнего дня тебя не достать.

— Это уже паранойя… Ни один из моих знакомых с консульством не связан.

— Американских проституток среди барыг хватает, — нахмурился Димон. — Вполне могли высвистать какого нибудь знакомца, на которого ты и не подумаешь никогда…

— Так что же делать?

— Снять штаны и бегать! — Журналист выложил из карманов разные мелочи, могущие помешать в драке. — Главное — не паниковать. Паника в нашем деле архиопасна. Присылать бойцов к тебе до бесконечности они не могут. Тех двоих ты сам проучил, теперь позволь дяде Гоблину поразвлечься.

Димон хлопнул кулаком по раскрытой ладони.

— А если вдвоем? — предложил Иван.

— Никаких если. Дуплить их надобно неожиданно. А ежели они тебя увидят — так сразу всё поймут и приготовятся.

— Их четверо… — опасливо сказал Вознесенский.

— Вот и славно. Значит, уверены в своей победе…

Иван посмотрел на могучую фигуру приятеля и мысленно пожалел всех его возможных противников.И не только потому, что в Чернове было росту два метра.

Серую рубашку распирали могучие мышцы, золотая цепь в палец толщиной плотно облегала бугристую шею, костяшки кулаков выдавали опытного бойца, бритая почти наголо голова была покрыта ровным загаром и грозно наклонена немного вперед, ярко синие глаза горели недобрым огнем. Облик Димона у любого отбил бы охоту вступать с ним в дискуссию.За сто метров было видно, что это личность, склонная к насильственным действиям по отношению к оппоненту.

— Всё, я пошел…

— А мне что делать?

— Сядь сюда и смотри в оба. — Вознесенский покорно устроился у окна.

— Димыч! Мужик пропал!

— Как пропал? — Чернов кинулся к окну.

— "Мерседес" пустой.

— Только же был! — Журналист прищурился, осматривая двор. — Блин, куда он подевался?

— Может, подождешь с выходом?

— Нет уж! Теперь тем более пойду. — Димон выскочил на лестницу, захлопнул за собой дверь и через две ступеньки запрыгал вниз.

Когда он открывал дверь парадного, с улицы раздался грохот разлетевшегося стекла и вопль.

Рокотов прижался спиной к стене дома и сквозь редкие ветки оглядел «девятку».

«Со спины и по бортам обстановку не контролируют. Сосредоточены на одном единственном направлении. Дилетанты… Им не наблюдение вести, а уголь разгружать с таким умственным развитием. Придется привлечь их внимание…»

Влад поднял с земли округлый булыжник и продрался сквозь кусты,На движение позади машины сидящие никак не отреагировали, продолжали молча и нервно курить. Чувствовалось, что молодые парни взведены до предела.Биолог обошел автомобиль и встал напротив капота, покачиваясь из стороны в сторону и держа камень в опущенной руке.Водитель высунул голову из бокового окна.

— Чо надо, мужик?

Незнакомец не был похож на Вознесенского. Так, какой то молодой пацан в недорогой одежонке.

— А чо вы в ма аем два аре встали, ка азлы? — с пьяной интонацией протянул Влад.

— Чево чево?! — У водителя побагровело лицо. — Ты кого козлами назвал, ты, вонючка?

— Па адумаешь, какая цаца! — Рокотова качнуло сильнее. — Чо, с человеком не поговорить, да а? А ну, ва алите отседова!

— Чево о?! — сидевший на переднем сиденье распахнул дверцу. — Да я тебя!

— Па адумаешь! Видали и не таких ка азлов!

— Да я! Щас тебе! Да ты! — парень выскочил из «девятки» и взмахнул короткой черной дубинкой.

— А ну, брось палку! — Влад с пьяной ухмылкой погрозил камнем. — Бац — и нет стеклушка!

Словечко «стеклушко» переполнило чашу терпения и у остальных пассажиров.Наружу выскочили остальные трое.

— Только попробуй! — заорал водитель.

— А чо пробовать? — Рокотов взмахнул рукой, и булыжник с треском проломил лобовое стекло серой «девятки». — Кидать надо! Па анятно, ка азлы?

Секунду парни ошеломленно смотрели на осколки.Наконец водитель с ревом бросился вперед, за ним сорвались с места и остальные.Цель приезда была забыта. Местный пьянчуга спутал все карты русским сотрудникам американского консульства. Потеря собственного имущества оказалась важнее нападения на несговорчивого писателя.

Влад мягко ушел в сторону и встретил первого бегущего ударом стопы в челюсть. У Игоря Сайко тело откинулось назад, а ноги продолжали нестись вперед. В результате этого несоответствия помощник начальника службы безопасности перевернулся в воздухе и со всего маху впечатался в асфальт.Второй получил ребром ладони в ухо, третий — коленом в центр грудной клетки.Четвертый затормозил и отскочил в сторону.

— Ну? — Рокотов насупился. — Что ж ты остановился?

Позади единственного оставшегося на ногах парня стукнула дверь парадного подъезда, и к месту драки огромными прыжками помчалась фигура в серой рубашке с короткими рукавами.

Сотрудник консульства на мгновение отвлекся.Владислав тут же ринулся вперед, сделал кувырок и из положения лежа захватил ноги противника вперехлест со своими.Резкий рывок в сторону — и парень упал навзничь, не успев сгруппироваться и хоть как то смягчить падение.Биолог перекатился влево и вскочил на ноги.Верзила в серой рубашке стоял в пяти метрах от машины.Рокотов плавно переместился по дуге, стараясь отрезать ему путь к отступлению.

— Ну ты, блин, даешь! — сказал здоровяк.

Прибежавший на место драки жилец агрессивность не проявлял.

— Что вам надо? — как можно спокойнее поинтересовался Влад.

— То же, что и тебе… Харю хотел набить этим придуркам.

— Зачем?

— Жить моему другу мешают.

— Кто они такие?

— А ты не знал? Ну ваще! Один — точно у америкосов на воротах стоит. В консульстве.

— Ты здесь живешь?

— Ага, — Димон внимательно посмотрел в глаза Рокотову. — А ты кого то ищешь?

— Ага, — передразнил Влад. — Ваню Вознесенского знаешь?

— Ну, знаю…

— Он сейчас дома?

— А зачем тебе?

— В гости пришел. — Чернов ехидно улыбнулся.

— А вот он тебя не знает. И никого в гости не ждет.

— Верно, — согласился Рокотов, — меня он не знает. Но с человеком, от которого я прибыл, знаком прекрасно.

— Что за человек?

— Тебе то что?

Словесная дуэль начинала походить на сценку из плохого фарса, — и Владислав, и Димон это одновременно почувствовали.

— Так мы ни до чего не договоримся, — вздохнул биолог.

— Точно. Ты имя назови, я схожу спрошу…

— Давай. Срджан Боянич. Пока ты ходишь, я машину переставлю. И подойду с той стороны дома, — Рокотов махнул в направлении помойки. — Имя запомнил?

— Угу. Срджан Боянич. Не глухой…

— Смотри не перепутай.

— А ты не умничай, — надулся Чернов. — Мы тебя на лавке ждать будем.

— А менты?

— Да, действительно, — Димон оглянулся на неподвижные тела — Давай так… Ты этот район знаешь?

— Не очень.

— Ладно, разберешься. Поезжай до семнадцатого дома по Придорожной, там кафе. Называется «У Литуса».

— У кого?

— "У Литуса". Вова Литус — это хозяин, Фамилия такая.

— Понял.

— А я сейчас Ваньке скажу, и мы минут через десять подтянемся. Тебя как зовут то?

— Влад.

— А меня — Димон, — верзила протянул широченную ладонь.

Устранение Абу пришлось отложить. В Питер неожиданно приехал родственник Бачараева, имеющий большой вес в ныне свободной Ичкерии. И хотя родственник был дальним и на Абу никакою внимания не обращал, Арби предпочел перенести акцию па потом.

А тут еще какой то азербайджанец с расспросами объявился. Пришел в ресторан, минут двадцать сидел за спиной обсуждавшего общинные дела Абу. Хорошо, что говорили по чеченски, а не по русски. Бармен сказал, что азербайджанец явно не понимал, о чем речь, — сидел, крутил головой, улыбался девчонкам, бессмысленно чирикал ручкой по салфеткам.

Арби приказал тогда принести ему все исписанные салфетки.Действительно ничего. Какие то закорючки, рисунок мечети, орнамент, цветочки. Азербайджанец просто коротал время,Посидел, выпил кофе и полез с вопросами. Якобы хотел обсудить с Абу какие то дела.То что бармен мигнул ребятам, правильно.

И правильно азербайджанца прирезали. Даже если он действительно был знакомым одного из многочисленных партнеров Бачараева, это дела не меняет. Слишком важно будущее мероприятие, чтобы рисковать по мелочам.И случайного посетителя, на беду свою заглянувшего в кабак, подставили грамотно.Так и надо.

Пусть теперь менты его обрабатывают. Свидетельские показания трое постоянных посетителей дали, чем намертво припечатали глуповатого (по словам бармена) парня к статье. Убийство при отягчающих — не шутка, под подписку не выпустят, полгодика в Крестах помаринуют, если не больше.

Арби хватит двадцати дней.Ибо через три недели никого уже не будет волновать, что случилось в ресторане, кого убили и кто в этом виноват.У русаков появятся другие заботы.Арби встал с табурета и прошел к распашным складским дверям.Из огромного сорокафутового контейнера, по серому борту которого шла синяя надпись «McRainy Co. LTD», грузчики выносили плоские ящики и под руководством Абу складывали из них штабель в углу ангара.

— Долго еще? — по чеченски спросил Арби.

— Через час закончат…

В плоских ящиках лежали пистолеты пулеметы «Агран 2000» девятимиллиметрового калибра. К каждому прилагались четыре магазина и по две тысячи стандартных «парабеллумовских» патрона.Через неделю должны были прибыть приборы для бесшумной стрельбы. И тогда груз можно будет отправлять на Кавказ.Наемники будут довольны.

— Как Руслан?

— Отработал свое. Охрану ментовскую обеспечил, всё в норме.

— Жадный он.

— Все русаки такие, — хохотнул Абу. — Его босс Рыбаковский еще жаднее…

— Но дело знает. Месяц назад через него ребята четыреста выстрелов к «Граду» получили. Обещал еще достать.

— Лучше бы с танками помог.

— Не его уровень. Этим москвичи занимаются.

— Я слышал, Шамиль вертолет купит. Новый, «Черная акула» называется.

— Хотел купить, — Арби отрицательно покачал головой. — Не получилось. Очень много запросили.

— На борьбу денег не жалко, — с пафосом заявил Бачараев.

— Невыгодно. Лучше стволов больше купить, чем одну машину. Вертолету горючее нужно, боезапас, запчасти. Где ты потом это покупать будешь?

Абу задумался. Раньше мысли о техническом обслуживании новейшей техники ему в голову не приходили.Поэтому он и был рядовым исполнителем, а не командиром.

— Через Пенькова это уже третья партия, — тихо сказал Арби. — Надо сделать перерыв.

— Всё ж нормально!

— Вот и хорошо. Он деньги сполна получил?

— Да.

— Сообщишь ему, что мы уезжаем. На полгода.

— Руслан спокойно сидеть не будет, — возразил Бачараев, имевший свой процент с каждой партии оружия, поступавшей боевикам при содействии питерской демократической общественности, — начнет искать другие каналы сбыта.

Арби несколько секунд помолчал.Пеньков и иже с ним отличались патологической жадностью. Их стремление набить мошну могло в любой момент привести к тому, что демократами торгашами заинтересуется контрразведка. И не помогут никакие связи во властных структурах, никакие Адамычи в Думе и никакие крики об «угрозе демократии». Взятых с поличным при перепродаже партий оружия практически невозможно «отмазать». Даже усилиями лучших адвокатов и правозащитников.

ФСБ свое дело знает туго.Если уж сядет на хвост, то соберет всю доказательную базу. С видеозаписями, контролем телефонных разговоров, с конкретными уликами.А демократы молчать на следствии не будут.«Диссида», бывшая и нынешняя, всегда сдает всех. Доносительство — это их образ жизни. Следователям только останется записывать показания да подписывать санкции на обыски.

— У тебя есть еще склады?

— Да. В Приозерске, в Выборге.

— Далеко… — Арби мрачно посмотрел на контейнер. — А в самом Питере?

— Можно снять через газету.

— Вот и займись. Не откладывая. Чтоб к послезавтра был склад. Как арендуешь, перевези туда груз.— Пенькова просить о сопровождении?— Не надо. У тебя же есть свои связи в ментовке.— Ты сам говорил, чтобы я их не трогал.

— Теперь тронь. Через три дня стволов тут не должно быть.

— Думаешь, тот в кабаке был не просто так? — Бачараев прислонится к ящикам с молдавскими маринованными помидорами.

— Ты его видел.

— Я не обратил внимания на лицо.

— Очень зря.

— Но я его не знаю! Когда ребята его подкололи, только тогда мне сказали. Мне он незнаком.

— Ты часто контактируешь с незнакомыми?

— Бывает…

— А бывает, что к тебе приходят от кого то?

— Конечно, — Абу пожал узкими плечами, — я же бизнесом занимаюсь. Почти каждый день с кем нибудь новым знакомлюсь. Без этого торговли не будет.

— В ресторане ты часто с партнерами встречался?

— Часто.

Арби с неприязнью взглянул на Бачараева. Понятие «конспирация» явно было ему неведомо. Равно как и умение держать язык за зубами.

— О чем ты вчера вечером говорил в кабаке?

— Да ни о чем! Как обычно… Покурили, выпили немного.

— И всё?

— Всё. Салман анекдоты рассказывал. О бизнесе немного побазарили. Договорились с Магометом о линолеуме… У него прямо на фабрике свой человек есть.

Абу и не вспомнил, что предложил Магомету завезти ворованный линолеум к себе на склад. И даже адрес дал.

— Всё равно, — подытожил Арби, — сними помещение и отправь туда груз…

— Ладно, — нехотя согласился Бачараев. — А кто за перевозку заплатит?

— Ты и заплатишь, — жестко сказал террорист. — Сам только что говорил, что на борьбе за свободу экономить нельзя. Вот и действуй…

— Ну дела! — Димон откинулся на спинку стула, когда Рокотов коротко изложил свою историю, связанную с приключениями на Балканах.

О прибывшей в город ядерной боеголовке он пока ничего не сказал.Вознесенский одним глотком выпил полстакана сока.

— И что ты собираешься предпринять? — Чернов вновь пододвинулся поближе и понизил голос.

— Жить дальше, — просто ответил Влад. — А что, есть другие предложения?

— Зачем тебе мы?— Есть одно дело…

— Я завтра уезжаю, — растерянно сказал Иван. — Дело не может подождать?

— К сожалению, нет…

— А я на что? — возмутился Димон. — Ехай спокойно, мы с Владом тут всё сами решим.

— Суть дела не объяснишь? — спросил Вознесенский.

— Если ты не участвуешь, то подробности тебе ни к чему. И не обижайся, Ваня. Дело слишком специфическое, чтобы вмешивать в него лишнего человека, — биолог отстранение посмотрел в сторону. — Это не означает, что я тебе не доверяю. Сам же видишь, что пришел я именно к тебе. Но, судя по всему, у тебя тоже проблем хватает.

— Это точно, — вмешался Чернов. — Ивану надо на время смыться из города.

— Когда вы сюда ехали, ментов еще не было? — спросил Рокотов.

— Не а, — Димон махнул рукой. — Тишь да благодать.

— Ты их не поубивал? — обеспокоился Иван.

— Да вроде не должен был, — Влад рассеянно пожал плечами. — Не на поражение работал… Вырубил на полчасика. Сами очухаются.

— Плевать! — Чернов прикурил. — Не о них речь. Что дальше делать будем?

— Есть предложение, — Рокотов почесал затылок. — Отправим Ваню в Москву не завтра, а сегодня. Типа, в момент драки его вообще дома не было. Дневные поезда есть, места тоже.

— А зачем? — не понял Вознесенский.

— Влад дело говорит, — согласился бывший «браток». — Сегодня-завтра тебе у дома лучше не появляться. Нет тебя — и всё тут! Не дай Бог, действительно ментовка явится, и эти козлы расколются, кого они сторожили. А так с тебя взятки гладки.

— Ага, а где я был утром?

— У меня, — оживился Димон. — Знать ничего не знаешь. Заехал поболтать перед тем, как в столицу ехать…

— Секунду помолчите, пожалуйста. — Владислав уставился в экран работающего телевизора, подвешенного над стойкой на металлическом кронштейне.После заставки в виде шпиля Адмиралтейства пошел сюжет о пресс конференции в ГУВД. Толстый полковник потряс какой то бумажкой.

— У нас есть основания полагать, что целью нападавших была оружейная комната. Но благодаря самоотверженности сотрудников девятнадцатого отдела милиции нападение было предотвращено. Один из нападавших опознан, сейчас ведется его розыск.

— Как удалось отбить нападение? — задал вопрос худощавый журналист, поправляя падающую телку.

— Пока эти сведения разглашению не подлежат, — гордо заметил полковник.

— А какая преступная группа спланировала нападение, вы тоже не скажете? — не успокаивался репортер,

— Пока нам известен только один подозреваемый, — милиционер заглянул в лежащий перед ним лист, — некий Борбикю…

— Кто, простите? — удивился редактор «Криминальной хроники».

— Борбикю Сысой Ормогедонович, — по слогам прочел полковник.

Сидящие в конференц зале журналисты засмеялись.

— Это шутка? — во втором ряду поднялась заместитель главного редактора журнала «Вне закона».

— …Вика Шервуд, — Димон ткнул Влада в плечо, — я ее знаю…

— Что шутка? — полковник строго посмотрел на журналистку.

— Насчет имени и фамилии.

— У нас, девушка, не шутят. Названный гражданин родом из Молдавии.

— Я сам из Молдавии! — рядом с Викторией встал низенький и плотный бородач.

— …Дима Мунтян, — пояснил Чернов, — па пятом канале работает…

— Такой фамилии, как Борбикю, не существует. Барбекю — это жареное мясо. А отчество Армагеддонович — это вообще ни в какие ворота не лезет. Придумайте что нибудь поумнее… Хотя бы Люциферович.

Собравшиеся опять развеселились.

— А вы, молодой человек, не дерзите! — полковник пошел красными пятнами. — У вас могут начаться большие проблемы с аккредитацией! А вот фоторобот подозреваемого!

Камера показала неприятное вытянутое лицо с непропорционально маленьким ртом и низким, шириной в палец, лбом.

На этом репортаж прервался, улыбающаяся дикторша перешла к другим новостям.

Рокотов опустил глаза и хмыкнул,

— Это ты Барбекю? — догадался Вознесенский.

— Был грех. Только не я на ментовку нападал, а наоборот — они меня пытались внутри оставить. Я лишь наружу выбрался.

— Фоторобот вообще не похож, — деловито сообщил Димон. — Туфта… Но вернемся к нашим баранам.

Продолжение следует…

http://wpristav.com/publ/belletristika/kosovo_pole_rossija_glava_10/7-1-0-1348

Комментарии 0
Поделись видео:
Оцените новость
Добавить комментарий