Горнокопытные слегка бронированные. РУХА. Вторая операция. Абдуллахейль.  Глава четырнадцатая. «Пещера».

Горнокопытные слегка бронированные. РУХА. Вторая операция. Абдуллахейль.  Глава четырнадцатая. «Пещера».     По мере того, как мы топали по правому хребту, мы удалялись от 4005. А это значит, что высота постепенно снижалась. Вещмешки своим весом вдавливали позвоночник в самую жопу, казалось, что пол позвоночника уже выдавило в трусы. Но дышать всё-таки становилось легче и легче. 

После того, как мы долго-предолго шли над кишлаком, мы вышли на широкую духовскую тропу. По сравнению с теми тропами, по которым мы лазили несколько дней, это был почти что Проспект Ильича. Тропа была широкая и плотная.

     Я так понимаю, что из Пини в Хисарак и обратно, духи курсируют именно тут. Таскают по этой тропе хавчик, водят здесь своих ишаков и ханумок. Поэтому мин здесь можно не опасаться. Откуда было духам додуматься, что шурави выскочат из скал и попрут прямо по ихнему проспекту. Поэтому мы шли и мин почти не сцали. А от этого шли пуще прежнего. Если бы мне в Союзе сказали, что я буду разгуливать с двумя вещмешками железа на плечах и радоваться, что высота всего лишь две пятьсот и от этого я испытываю удовлетворение и почти облегчение, то я посчитал бы это наитупейшей шуткой и идиотской небылицей. И вот я иду по старинной утоптанной духовской тропе и испытываю удовлетворение! Как мало, оказывается, человеку надо для удовлетворения! Для этого надо всего лишь человека долго-долго, сильно-пресильно пиздить. И вот когда сильно пиздить его перестаёшь и пиздишь не так сильно, оказывается, человек способен испытывать удовлетворение! И вот в этот самый момент я понял, что все, кто производят конфеты, они занимаются ерундой. Конфеты, это никчемная безделица и бесполезная растрата ресурсов. Этой безделицей занимаются только лентяи. Потому что им лень пиздить людей.
— Товарищ старший лейтенант, вон какая-то пещера! – Какой-то офигеть наблюдательный баран подал голос из колонны солдат, шагавших впереди Рогачева.
     Наблюдательный он от того, что заметил. А баран потому, что никак не может запомнить, что инициатива в армии наказуема. 
— Касьянов, — Рогачёв обернулся и обратился к находившемуся ближе всех к нему бойцу. А ближе всех к нему находился я. – Вещмешки на землю, оружие с собой и прошмонать. 
— Есть. – Я скинул с груди один мешок. Он клацнул об тропу содержимым, как будто в нём были чугунные гантели. Скинул второй. Поправил на плече пулемёт и пошел к пещере.
     Пещера располагалась метрах в ста от тропы в небольшом распадке, прорытом в горах ручейком. Этот ручеёк вытекал из пещеры и разливался по дну распадка, образуя какую-то срань глубиной в пару миллиметров. Я говорю слово «срань» потому что это и не ручеёк, и не болотце. Это непонятно что. Скользкое и слизкое от мха, каких-то водорослей и ещё какой-то скользкой параши, которая покрывала все камни на дне ущелья и на скале, перед входом в пещеру. Пить очень хотелось, очень-очень. Но напиться там было нечем, если только полизать влажные камни. Однако, для того, чтобы расплодились какие-то зелёные сопли, влаги было достаточно.
     Сам вход в пещеру был расположен на уровне моего подбородка. Мне надо подпрыгнуть, немного подтянуться. Сделать выход силой. Я подпрыгнул, но подтянуться не смог. Потому что руки соскользнули по зелёной параше. Я грохнулся на камни, вымазался этим зелёным гавном. Я встал, попробовал упереться ногой в скалу. Нога соскользнула и я снова грохнулся. Тогда я попробовал подняться рядом со входом по сухому месту на скале, но всё равно грохнулся. 
— Хули ты там сепаешься, как беременный? — После того, как я седьмой или восьмой раз грохнулся на камни, Рогачёв не выдержал. Подал командирский голос. – Тебя целая рота ждёт!
     После чудотворящего голоса Командира, я вспорхнул внутрь пещеры. 
     Пещера была не глубокая, уходила в скалу метров на десять, не больше. И к тому же она была пустая. Ну, не совсем, пустая. Посреди пещеры на полу возвышался длинный бруствер из крупной щебёнки. Как она сюда попала? Я посмотрел вверх, на свод пещеры. Не отсюда. А откуда? Получается, что через вход. Как сюда попасть через вход мне уже известно – все рёбра болят. Напоминают как я сюда попадал. Получается, что кто-то карячился, затаскивал сюда камни. Кряхтел, старался. Интересно, кто? Наверное, местные душманы. А зачем? Наверное затем, что хотел что-то спрятать под ними. 
Может быть душманы спрятали под этим бруствером ДШК? Попробовать поднять камушек, заглянуть под него? А вдруг под ним разгрузочная мина? Я бы точно поставил мину. ДШК всё-таки, а не кусок навоза. За ДШК Кэп обещал Орден Красной Звезды. А зачем человеку, которому разгрузочной миной оторвёт руки, (или бошку), зачем ему Орден Красной Звезды? Я стоял, смотрел на кучу щебня и муторно тупил.
— Ну что там у тебя? ДШК видишь? – Снаружи долетел голос Рогачева.
— Никак нет, ДШК не вижу. – И про себя подумал, — Щебёнку вижу.
— Давай тогда вали оттуда. Нефиг тут торчать.
Кое-как я спустился из этой грёбаной пещеры. В очередной раз долбанулся на камни. Вымазался в отвратительных зелёных соплях и вприпрыжку поскакал на тропу.

http://wpristav.com/publ/istorija/gornokopytnye_slegka_bronirovannye_rukha_vtoraja_operacija_abdullakhejl_glava_chetyrnadcataja_peshhera/4-1-0-1320

Комментарии 0
Поделись видео:
Оцените новость
Добавить комментарий