Майонез. Новогодняя симфония в двух частях. Часть вторая, до-мажор, «Валера (но не тот)». - 5 Января 2019 - world pristav - военный информатор

Военные события и политические новости

Главная » 2019 » Январь » 5 » Майонез. Новогодняя симфония в двух частях. Часть вторая, до-мажор, «Валера (но не тот)».
23:17
Майонез. Новогодняя симфония в двух частях. Часть вторая, до-мажор, «Валера (но не тот)».

- Ну всё, *лять, - жена Миши, Лена, развела руками, - встретили Новый год! Валера, ну как так? Ну какой же ты…
- Валера? – подсказал Миша.
- Если не хуже! Ну как? Как ты мог забыть купить майонез, если тебе ничего, кроме майонеза покупать и не поручали?
- Наливай! – махнул рукой Миша.
- Так, вышли вон с кухни, водолеи!

Валера молча сопел. Он думал, что было бы странно, если бы он забыл купить что-то другое, кроме майонеза, если ему поручали купить только майонез, но чувствовал, что вслух говорить этого не стоит, - могут ведь и побить.

- Ладно, Лена, что теперь? Надо думать, как выкручиваться будем, - это жена Димы, Галя, - может пусть сбегает куда?
- Да куда он сбегает, в Мурманск? Девять часов, у нас уже закрыто всё!
- Ну тогда что: селёдка без шубы, оливье на сухую и мясо по-французски просто пожарим?
- Во Франции не едят вообще майонеза, - буркнул Валера.
- Это во французской Франции не едят, а у нас, в заозёрской, – едят! Ишь ты, огрызается ещё!
- Что случилось, чем помочь? – в кухню вошла Валерия, двоюродная сестра Лены, которую выписали к Новому году с лениной родины специально, чтоб познакомить с Валерой потому, что сами мы сделать ничего не можем, давайте уже это признаем и девочки возьмут бразды правления валериным счастьем в свои руки, а, значит, до счастья ему останется пара шагов. Ладно, согласились, мальчики, - побейтесь и вы об эту гранитную скалу, а то ишь, устроились тут за пазухами и командуют только оттуда!

Валера окончательно заткнулся и принялся краснеть. Мало того, что и так задача предстояла ему нелёгкая, так ещё с такого позора знакомство начинать! Но русские же моряки что, - не сдаются! Правда, когда не сдаются, то не всегда сразу понимают, что им конкретно надо делать.

В те времена мы к Новому году готовились заранее, месяцев за пять. Это первый год было сюрпризом, что да, даже и к Новому году могут не выдать зарплату за сентябрь, ко второму стало понятно, что максимум, что можно будет добыть на стол – это что-то, что выбил командир для экипажа из продпайка (но из тушёнки, муки, квашенной капусты и яичного порошка много разносолов не наготовишь) плюс какой-нибудь один маленький деликатес типа хвоста копчёной скумбрии на которую только и хватало тех копеек, которые командир же и раздавал в виде новогодней премии из сэкономленной корабельной кассы. Начиная с третьего года, всё, что привозилось из отпуска и не портилось, откладывалось и пряталось на Новый год: колбаса, сало, вкусная водка, любой коньяк, горошек в банках и прочие изыски. И чем бы, казалось, этот самый Новый год отличается от любой другой совместной пьянки в изоляции от остальной цивилизации, но эта была самая торжественная и по уровню подготовки и по охватывающему всех веселью. Ожидание перемен, вот что, как я думаю, отличало каждый тот Новый год – ну не может же стать хуже, логично предполагали все каждый год, а, значит, должно  становиться только лучше, – ну так давайте же за это и выпьем (как будто в другое время года за это пить нельзя)! А потом, оказывалось, что может и никто этому не удивлялся, а только усерднее готовились к следующему Новому году, после которого (теперь- то уж точно) хуже стать не может.

Кто никогда не подводил на Новый год, так это погода. Мерзкая, отвратительная, а, иногда, и вовсе невыносимая на протяжении всей осени-зимы-весны к Новому году она всегда брала себя в руки, снисходительно успокаивалась и приукрашивалась: выключала ветер и сыпала снег хлопьями с кулак. И от этого пушистого снега всё вокруг становилось приличнее: и дома и кусты и даже сосна на площади, облезлая и украшенная не пойми чем, укутавшись в снег, гордо распрямляла свои ветки и становилась почти похожей на праздничную ель.

Собирались большими компаниями и жёны, заранее, составляли меню и распределяли кто что готовит и приносит, на холостяков надежд не было и им поручали самое простое: принести батон, мандарины или вот, как Валере тогда, - майонез. И ладно бы ещё хлеб не принесли или мандарины, но отсутствие майонеза на новогоднем столе вогнало всех в ступор – как это, *лять, Новый год и без майонеза?! - Нам уже ничем не помочь, Лера, - отмахнулась Лена, - всё пропало! И я должна тебя предупредить, да, пока ты не приняла необдуманных решений, раз я всё это затеяла, но этот человек (и она ткнула пальцем в Валеру, покрасневшего ещё сильнее) похерил нам весь праздник.

- Да что случилось-то, ребята? Хорошо ведь всё, а? Валера?
- Кхм, - ответил Валера и никто не думал, что у него это получится, но покраснел ещё сильнее.
- Ну, кроме того, что Валера немой, о чём вы меня забыли предупредить…
- Повезло, что не твой, - не тебе и отдуваться!

Лера нам понравилась. Сначала мы: ну Лена, ну как так, он – Валера и она – Валера? Ты клин клином, чтоли, вышибить хочешь? Минус на минус положить? Нам двух Валер не вынести! Ой, да заткнитесь вы, зубоскалы, нормальная девчонка, добрая, хозяйственная, спокойная. Значит страшная, подумали мы все, но кто-то нечаянно сказал это вслух. А себя вы в зеркала-то вы видели? Не, ну давайте не будем начинать, а фотка есть? Не, ну хорошенькая, чего и эти у неё - во и эта, ноги, да и вообще фигура. Да не, норм вообще, красивая, волосы вон. Не, Валера точно не сможет – оробеет в усмерть, а нет попроще вариантов? После этого от процесса подготовки нас отстранили напрочь, а мы и забыли, а тут, ребята, знакомьтесь, это – Лера, Лера, знакомься – это ребята, тут нормальных почти нет, но других мы себе, видишь, не нашли. Прости, что и тебя во всё это втягиваем. Лера была немного моложе Валеры, лет ей было что-то двадцать пять или двадцать шесть, разведённая, с маленьким мальчиком в котором она души не чаяла (и это было сразу заметно), жизнерадостная, живая и с чувством юмора. Бесполезно, подумали мы, изучив её поближе, - Валера не сможет, а жаль, может, предложили мы Лене, ещё кого из холостяков позвать, чтоб не получилось, что зря она в такую даль пёрлась? Фу, сказала, Лена, как вам не стыдно и что вы мельтешите тут под ногами, всё равно я вам водки не выдам раньше положенного и где вообще ваш Валера, не к ночи будь помянут? А Валера менялся с вахты, к назначенному времени опаздывал и, когда прибежал, то не пошёл уже даже переодеваться – побрился и помылся прямо у Димы (а собирались мы тогда у них), у него же взял чистую рубашку, пока Галя чистила и гладила его брюки потому, что, ну понятно, что все военные, но к столу-то надо в приличном виде выходить, хоть и в военном.

С порога их сразу познакомили - Валера ещё снег не успел вытряхнуть из карманов, и они оба засмущались, хотя Лера виду не показывала, но, блин, видно же, а Валера сразу взял свой репертуар: глупо улыбнулся, покраснел, с третьего раза выговорил «Очень приятно, Валерий», но дошучивал за него о том, что они тёзки, уже Миша – в начале фразы валерин активный лексикон ушёл в гости к пассивному, а к концу оба они ушли в аут.

А тут ещё и майонез этот, будь неладен он и тот, кто придумал пихать его во все блюда на новогоднем столе!

- Тоже мне нашли проблему, - хмыкнула Лера, когда узнала из-за чего паника на борту, - нет, так давайте сделаем!
- Спорим, - прошептал мне на ухо Дима, - что я сейчас прикурю от валериного уха? Уши Валеры и правда стали пунцовыми, а, в общем, сделался похожим он на штангиста, толкающего штангу, но только без штанги.

- Кого сделаем? – неожиданно толкнул-таки эту, будь она проклята, штангу Валера.
- Ну кого нет, того и сделаем, - Лера уже надевала фартук, - майонез! Кому ещё моего суженного выручать, как не мне!
- Как это…сделаем майонез? – мы были в шоке, от такой разговорчивости Валеры.
- Ну как, - Лера задумалась, - вот руки, вот продукты, а, соединение их вместе и называется словом сделаем.
- Майонез?
- Да хоть что. Валера, поможешь?
- Да…но майонез…
- Не растёт в огороде, Валера! Его не собирают в банках на острове Пасхи, его делают!
- Дома?
- Да хоть и дома. Давай, давай, Валера, сейчас я явлю тебе это чудо и, кроме того, даже дам поучаствовать в его создании. Бери два яйца…
- Лера, тут надо поосторожней с такими фразами, - вставила Лена.
- Чего? А, типа…ну да, я поняла, так они же взрослые уже.
- Это только так кажется, Лера, не обольщайся на этот счёт.
- Ага, буду иметь в виду, Валера, два куриных яйца и отдели желтки от белков.
- В смысле, - Валера растерянно посмотрел на два яйца у себя в руке, - как это отделить? Они же… (Валера пошевелил пальцами, подыскивая нужное слово) вместе…
- Так, Лена, а вот сейчас я не поняла, тут-то в чём смысл шутки?
- Ах, Лера, я тебе даже, отчасти, завидую, сколько тебе нового предстоит узнать об этих (и Лена кивнула в нашу сторону головой, а уйти с кухни мы не могли – Валера разговаривал с незнакомой женщиной и мы видели это впервые) людях! Они такие все, ну вот, мужчины, понимаешь, э-ге-гей *лядь и всё такое, смотрят сурово, медали там звенят, грамоты, орлы, одни словом, но вот научиться зубную щётку на место ставить, перестать трамбовать мусор в мусорном ведре и просто его вынести, ставить ботинки на место, а не там, где снял, плиту помыть… ты вот знала, что у Валеры, если просто налить на плиту воды и включить конфорки, то можно сварить суп, возможно даже харчо? 
- Теперь знаю. Хорошо, что у меня сынишка маленький – параллельно можно обучать. Смотри (Лера взяла у Валеры одно яйцо, ловко разбила его и отделила желток в чашку), просто же и вот у нас отдельно белок, а вот – желток. Давай, попробуй, у тебя получится.

- Да, да, - поддержала её Галя после шестого яйца, бездарно разбитого Валерой, - и яиц у нас три клетки, всё равно мы столько не съедим, а наутро омлет уже, считай готов!
 - Блин, ребята! – восхитился Валера, когда у него, наконец, получилось, - вы должны это попробовать! Я чувствую себя Коперфильдом, такая эйфория, прямо!
- То ли ещё будет! – и Лера вручила ему венчик, - Взбивай!

- И правда майонез, - чуть позже Валера облизывал венчик и смотрел на Леру, не сказать, что прямо с обожанием, нет, но как-то настолько уважительно, что было уже очевидно – дело тронулось с мёртвой точки.

- Пойдём-ка выйдем-ка, - Дима показал мне бровью на дверь.

На площадке мы закурили.
- Что происходит-то вообще? Ты понимаешь? Он же сейчас в три раза побил свой собственный рекорд по общению с женщинами!
- Сам в шоке, Димас, - может это любовь?
- Главное, чтоб не наркотики!

А прошлый Валерин рекорд по общению с незнакомыми женщинами состоял ровно из одной фразы. Мы тогда отрабатывали очередной план по привлечению к Валере его собственного семейного счастья и попробовали метод смены имени, чтоб невезение его и робость, не услышав кодовое слово «Валера», заблудились и не нашли его. Шли мы тогда, уже изрядно подшофе, в какую-то компанию, где ожидались не очень замужние дамы и инструктировали Валеру:
- Запомни, Валера, - ты сейчас не Валера, а Олег! Понял?
- Угу.
- Повтори!
- Олег.
- А теперь всю фразу целиком.
- Привет, девчонки, меня зовут Олег!
- Не так сухо, дай интонацию!
- Привет, девчонки, меня зовут Олег!
- Нет, не ту интонацию, ты же не на казнь, а за счастьем идёшь, - радостную давай!
- Привет, девчонки, меня зовут Олег! О, а давайте в магаз зайдём, ещё по пять капель хлопнем!
- Давай, Олег.
- А кто такой Олег?
- Валера, *лядь!
- Да шучу я, шучу, что вы орёте-то сразу, мне и так страшно же!

Добавив, для храбрости, проводим ещё один инструктаж, настраиваем, бьём по щекам, разминаем Валере плечи,снова бьём по щекам,заходим. Валеру (который теперь Олег) проталкиваем на кухню. Валера усаживается на табуретку, дамы подбирают спины, дают грудь и смотрят на него с интересом, а он:
- Приэт, дифчёнки, минязвутАлег! – роняет голову на грудь и немедленно засыпает.

А тут же он прямо беседует, почти как обычный человек, и ни капли ещё внутри!

- Здорово, витязи! – по лестнице снизу топал мичман с баулами, у которого рядом с Димой жила любовница с двумя детьми. Ледяной сквозняк, запущенный мичманом в подъезд, метнулся мимо нас на третий этаж и там уже, поиграв дождиком на форточках, успокоился и уснул.
- Здорово, ворюга! – мичман служил на береговой базе флотилии, - с вещами? Жена из дома выгнала?
- Да тьфу на вас, - так, к столу, мандарины, то, да сё. Надо вам чего?
- Финансового благополучия!
- А, ну желаю тогда, а из продуктов?
- Всё есть и, даже то, чего не было, появилось!
- Ну, тогда, за Новый год, может, по рюмашечке?
- А у тебя что?
- А у меня, - мичман порылся в одном из баулов, - Арарат!
- Так с этого надо было и начинать! Кто ж офицеров мандаринами подманивает! Другое дело – коньяк! Погодите, я за рюмками.
- Дима, - хватаю его, - Галя же просечёт!
- Точно! Давайте тогда по рюмашечке, но без рюмашечек!

Глотнули по разу, по второму -  вышел Валера:
- О, ребята, вот вы где! Слушайте, да? А! Вообще, скажите? Видели? Нет, ну вы видели! Ооо!
- Валера, - Дима протянул ему бутылку, - прими успокоительное, а то ты лопнешь же сейчас.
- Не, не, не! Я сегодня ни-ни! Только шампанского для вида за столом. Ты что, - видал? И даже Олегом притворяться не надо! Я прямо чувствую удачу в своих руках! Прямо вот тут она у меня! А Лера-то, да? Скажите, ну? Ну да же?
- Ну да, Валера, конечно ну да, что тут говорить-то, вообще никто не ожидал, что ты из е-два и сразу в е-восемь.
- Только бы всё не испортить, а? Хоть бы, хоть бы!
- Ах вот вы где, - на площадку выглянула Галя, - пьёте!
- Что вы, что вы, Галина! – мичман потряс полупустой бутылкой, -  Это я употребляю от собственной никчемности, а они просто стоят со мной! С наступающим вас!
- И вас. Ну-ка все домой! Быстро! За стол садимся.

За столом Валера и правда не пил, вёл себя предельно галантно, ухаживал за Лерой изо всех сил, а она, молодец: сначала издалека выводила Валеру на односложные ответы «да», «нет», а потом, постепенно довела его до того, что он объяснял ей правило расхождения судов в море «правый галс», иллюстрируя рассказ вилками вместо парусников и ножом вместо ветра.
«А кто она по образованию-то?» шёпотом пытали мы Лену, думали, ну, наверняка врач какой-то, клинический психиатр, например, а оказалось нет – учитель младших классов и Лена сразу поняла, кто тут нужен, а то больно уж мы высокого о себе мнения – психиатра им подавай, вон, видали, как уроки отвечает и без психиатра, учитесь, салапеты.

Долго не расходились и только когда дети, съев все мандарины, стали откровенно клевать носами, засобирались по домам…

Позже потом уже, через год почти, захожу за Валерой на какое-то торжественное собрание флотилии, куда подводников, обычно, сгоняют для массовки и чтоб было кому в ладоши хлопать, когда они там друг друга грамотами и медалями награждают, а Валера перед зеркалом стоит, в белой рубахе, парадной тужурке, Лера его щёткой чистит, чтоб глаз было вообще не оторвать, а дома уют уже такой, настоящий, - сразу же видно, когда в доме заводится женщина, даже толстый Спок  доволен – перебрался из-под дивана на книжную полку, а то, небось, совсем там отчаялся уже от своей продолжительной половой жизни. Валера довольный стоит, торжественный,  туалетной водой брызгается везде и говорит Лере:
- Слышь, малая, если, вдруг, приду не один, а с женщиной, ты же не бузи, скажи, что моя сестра.
- Конечно, мой господин, - отвечает Лера, а живот у неё уже видно, хотя никому ещё не говорили (ну она, по секрету, Лене только рассказала, что беременна, то есть все-то всё равно знали).

И мы там тогда после торжественной части посидели так…хорошо, что Валеру домой я почти принёс, раздели его, спать уложили, Лера говорит, ну пойдём чаю хоть попьём, холод-то вон какой на улице. Я её и спрашиваю, пока мы одни, ну вот если так, прямо как на духу, влюбилась ты в Валеру тогда или просто…ну…как вот это произошло у вас? Интересно же, как оно у людей случается, что вот у одних людей искры, искры, а потом раз – и пламя, а у других чуть заискрило и всё, будто электрик пришёл и щетки поменял, а внешне – всё одинаково. Сразу-то нет, говорит, да, интересный мужчина, ну зажатый какой-то, надо же поближе как-то узнать, а то так просто я уж раз замуж ходила, второй раз-то с умом уже хочется, понимаешь? Вот. Идём мы тогда по тропинке с Мишей, сыном моим, Валера нас провожает, а кругом красиво, сугробы выше головы, пушистые, сверкают от фонарей, сияние началось, да такое – во всё небо, сказка прямо и Миша мой спрашивает: «Мама, а ангелы бывают?». Я говорю, ну как тебе сказать, а Валера, конечно, говорит, бывают, смотри – и прямо в сугроб навзничь падает и руками и ногами машет, а сам в шинели, в шапке, только что такой серьёзный моряк шёл, ложись, говорит, Мишка рядом, два ангела будут, ну тот-то рад стараться! Лежат они, в снегу барахтаются, смеются, иди, кричат, Лера, к нам, да дура я вам, отвечаю, в дублёнке-то новой! Ладно, говорит Валера печальным голосом, ну дай тогда хоть руку, а то сам не встану. И в сугроб меня, гад, я и опомниться не успела! И ещё веселее им.
- И тогда ты и влюбилась?
- Нет, тогда я решила, что надо отомстить.
- Выйдя замуж за него?
- Не, ну не так сурово. Потом уже, когда ждала, письма читала, думаю, да, хватит тебе Лерка, в девках ходить, мужик хороший, надо брать!
- А влюбилась-то когда?
- А не знаю когда. Вот не было такого отдельного момента до которого я не любила, а потом раз – и полюбила. Как-то всё само вышло, незаметно. Лера погладила свой живот и засмущалась, увидев, что я заметил.
 -Ой, да ладно, - говорю, - все знают уже, тоже мне, секрет.

Тут на кухню заходит Валера в трусах, оттаял, видимо, в тепле и к водопою потянуло воробушка.
- А что это, - спрашивает, вы тут делаете?
- Тише, малой, - говорит Лера и хлопает его по заднице, - не бузи! Скажи, что ты мой брат.

 

А тогда ушли они первые и мы на них смотрели в окно и Лена говорит:
- Видали, стратеги? Вот так надо – чуть что, сразу бежать к жёнам, а то стараются они, Валере счастье устраивают, а на выходе шиш с маслом только и выходит. То ли мы с Галкой: сели, решили, запланировали, сделали! Всё! Считай, готов ваш Валера, - счастлив.
- Да ладно, может и не срастётся ещё.
- С кем поспорим? Вы же не туда смотрите – надо же за жестами следить, взглядами, позами. Да и какой мужчина сможет отказать женщине, которая сделала ему майонез?
- И кто бы мог подумать – всего лишь майонез!
- Да при чём тут майонез?
- Ну ты же про майонез…только что…
- А я и не про майонез! Шире надо на вещи смотреть, ши-ре.
- Как не про майонез, если сама сказала, что про майонез?
- Бесполезно, Лена, всё равно не поймут, - вздохнула Галя, - так, что стоим? Кого ждём? Посудку быстро со стола собрали и в раковину принесли! Топчутся тут, не в свои дела лезут! Женщины опять за вас всё сделали, расслабьтесь, волчата и беритесь за то, что вам под силу!

- Нет, ну вы слышали, да? – Дима складывал куриные косточки, - Сама про майонез, а говорит, что майонез тут не при чём! Как это не при чём, если ты сама говоришь, что при чём? Ну вот как это?

Что было ему ответить? Так же всегда у них, да? И как, в сущности, хорошо, что так всё устроено, а то какая бы беспросветная скука и безнадёжные перспективы ожидали бы нас с вами за каждым углом жизненного пути, если все наши женщины (мамы, жёны, дочери) были бы похожи на нас и совершали бы только те поступки, какие мы от них ожидаем? Вот кому бы это понравилось?

 

 

Источник

Система Orphus Просмотров: 66 | Добавил: kapt_of_fregat | Теги: юмор, подводники, моряки | Рейтинг: 0.0/0
поделись ссылкой на материал c друзьями:
Loading...

Высказанные в текстах и комментариях мнения могут не отражать точку зрения редакции
Всего комментариев: 1
avatar

0
1
ПРИКОЛЬНЫЕ РАССКАЗЫ thumbsanta
avatar





Форма входа
нет данных
Логин:
Пароль:

Полезные ссылки

Яндекс.Метрика

Поддержать проект:

Webmoney:

R233620171891 (Рубли) Z238121165276 (Доллары) U229707690920 (Гривны)



E-mail:admin@wpristav.ru

Курс валют
Загружаем курсы валют от minfin.com.ua

Видеоподборка

00:02:32

00:03:11

00:01:31

00:07:50

Новости партнёров

Обратите внимание:




Мини-чат
Загрузка…
▲ Вверх
work PriStaV © 2019 При использовании материалов гиперссылка на сайт приветствуетсяХостинг от uCoz