«Калибр» и «Кинжал» приземляются: Выход из Договора о РСМД для России выгоднее, чем для США - 14 Августа 2019 - world pristav - военный информатор


Военные события и политические новости

Главная » 2019 » Август » 14 » «Калибр» и «Кинжал» приземляются: Выход из Договора о РСМД для России выгоднее, чем для США
18:41
«Калибр» и «Кинжал» приземляются: Выход из Договора о РСМД для России выгоднее, чем для США

«Калибр» и «Кинжал» приземляются

Выход из Договора о РСМД для России выгоднее, чем для США

2 августа ДРСМД официально прекратил свое действие. Обе стороны, заключившие договор в декабре 1987 года, без особого сожаления отнеслись к данному факту, имея на то основания.

 

Формальным поводом денонсации для США стало нарушение условий договора Россией. «Виновницей» названа КР 9М729 (SSC-X-8). Якобы ракета прошла испытания на дальность, превышающую 500 километров, что является нарушением условий договора. Конечно, это откровенная ложь. Ракета на испытаниях никогда не летала дальше, чем на 480 километров. Но понять опасения американцев, наверное, можно. КР 9М729 длиннее 9М728 на 530 миллиметров. Ясно, что 1000-килограммовая осколочно-фугасная БЧ, которой оснащена 9М729, имеет большие габариты, чем 500-килограммовая 9М728. Заокеанская логика: даже если русские говорят правду, что им мешает установить более легкую БЧ на «длинную ракету», а освободившиеся объемы занять дополнительными топливными баками. Теперь, когда у нас развязаны руки, так и следует поступить. Технологически это очень простая задача. Вероятно, выполнение президентского приказа о «приземлении» «Калибра» будет происходить именно так.

 

За час полета на крейсерском режиме ракета расходует порядка 280 килограммов горючего, оснащена она, вероятнее всего, ДТРД Р-95ТМ-300 с тягой 360 кгс или же его вариантами, либо ТРДД-50БЭ, созданного на базе семейства ТРДД-50. Удельный расход топлива двигателей приблизительно равный: 0,685–0,710 кг/кгс за час полета. За это время ракета преодолеет 850–880 километров. Простой расчет: 500 килограммов дополнительного топлива дают 1500–1700 километров аэродинамической дальности. С заменой конвенциональной БЧ на ядерную при рациональном использовании освободившихся внутренних объемов ракеты можно добавить до 360 лишних килограммов топлива. Это увеличит дальность еще на тысячу километров.

 

“32 года назад ДРСМД отобрал у Советской армии ударные огневые средства оперативной глубины”


Советские ядерные боеголовки могут быть легко изъяты со складов, расконсервированы и смонтированы на новые ракеты. Ассортимент богатый. Это в первую очередь почти «родные» ТК 66-02 мощностью 200 килотонн. Они устанавливались не только на морские 3М10 «Гранат», но и на КР воздушного (Х-55) и наземного (3М12 «Рельеф», более известны как РК-55) базирования. Усовершенствованная модель ТК 66-05 повышенной до 250 килотонн мощности устанавливалась только на ракеты Х-55СМ. Обе боеголовки имеют одинаковый вес – 140 килограммов. Еще один кандидат – более легкая 90-килограммовая ТК-60 малой мощности (10 кт), специально разработанная для ПКР 3М55 «Оникс». Вполне возможно использование современных ЯЗУ, они большей мощности (250–500 кт) и меньше весят.

 

Ракеты 9М728 и 9М729 размещаются на универсальных колесных СПУ 9П78-1 на шасси МЗКТ-79305 по две или четыре. Установка идентична базовой СПУ комплекса «Искандер-М». В российских Вооруженных Силах развернуты 12 полнокровных ракетных бригад ОТРК «Искандер-М» и «Искандер-К». В состав каждой входят три дивизиона по две батареи по два комплекса (ПУ). Итого 288 ракет: баллистических 9М723 и крылатых 9М728, 9М729.

 

32 года назад ДРСМД отобрал у Советской армии ударные огневые средства оперативной глубины (от 500 до 1000 км) – ракетный комплекс 9К76 «Темп-С». Их отсутствие частично компенсируется штурмовой и бомбардировочной авиацией. Но все прекрасно понимали, что это не равноценная замена.

 

Конструкцией американской БРСД «Першинг-2» изначально предусматривалась возможность полета на меньшие дальности. Пуск ракеты был возможен в сокращенной комплектации, без одной из ступеней. Вариант Pershing 1B – только первая ступень стартовой массой 5480 килограммов, тяга – 172 килоньютона, дальность – 800 километров. Вариант Pershing 1C – только вторая ступень стартовой массой 3950 килограммов, тяга – 122 килоньютона, дальность – 500 километров. На самом известном снимке БРСД «Першинг-2», гуляющем по Интернету и страницам печатных СМИ, на самом деле изображена Pershing 1B, внимательный зритель обязательно это заметит.

 

Необходимость в БРСД очевидна, нужно «приземлить» и «Кинжал». Понятно, что использование устаревшего 3-Махового перехватчика в качестве первой ступени эрзац-БРСД – вынужденная мера. Пришло время приступить к созданию полноценной БРСД на базе «Искандера» добавлением второй ступени из того же двигателя 9Х820 для 9М723. Его тяги хватит с избытком – 175 килоньютонов, несмотря на то, что ракета поправится до 7500–7600 килограммов и удлинится до 11 метров. В итоге в конце активного участка она получит те же четыре тысячи метров в секунду, как и при старте с МиГ-31, необходимые для достижения дальности две тысячи километров.

 

Справка «ВПК»


Договор о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (ДРСМД) между СССР и США подписан Горбачевым и Рейганом 8 декабря 1987 года в ходе советско-американской встречи на высшем уровне в Вашингтоне. Вступил в силу 1 июня 1988 года. Впервые в истории ликвидировался целый класс ракетно-ядерных вооружений: все комплексы баллистических и крылатых ракет наземного базирования средней (от 1000 до 5500 км) и меньшей (от 500 до 1000 км) дальности. Стороны также обязались не производить, не испытывать и не развертывать такие ракеты в будущем. Согласно условиям договора, уничтожению подлежали ракеты средней дальности – советские РСД-10, Р-12, Р-14 (по классификации НАТО – SS-20, SS-4 и SS-5) и КР наземного базирования РК-55 (по классификации НАТО – SSC-X-4 Slingshot); американские «Першинг-2» и BGM-109G («Томагавк» наземного базирования); ракеты меньшей дальности – советские ОТР-22 и ОТР-23 (SS-12 и SS-23); американские «Першинг-1А». К июню 1991 года договор был выполнен: СССР уничтожил 1846 ракет (из них около половины – резервные, не находившиеся на боевом дежурстве), США – 846 ракет.

Сергей Кетонов

 

2 августа 2019 года по инициативе Соединенных Штатов прекращено действие Договора о запрещении ракет среднего и меньшего радиуса действия, что сопровождается традиционным шквалом необоснованных обвинений в адрес России со стороны Вашингтона.

 

Госсекретарь Майк Помпео на этот счет выразился так: «2 февраля 2019-го США дали России полгода на возвращение к исполнению договора о ядерных силах среднего радиуса действия. Россия отказалась, поэтому договор заканчивается. США не намерены быть участником соглашения, которое нарушается другой стороной. Россия одна несет за все ответственность». Таким образом, с учетом «обреченности» Договора о СНВ, переговоры по которому ведутся уже семь лет, мир оказался в ситуации потери договорно-правового контроля над ядерным оружием.

 

При всей опасности такой перспективы нельзя преувеличивать значение разрушения ДРСМД для международной стабильности. Дело в том, что договор, обязательный только для Москвы и Вашингтона, имел существенные уязвимые места без подключения к нему других стран, обладающих данным типом вооружений. Достаточно отметить, что Китай отказался даже обсуждать возможное участие в переговорах по запрещению РСМД, а в его арсеналах целое семейство БРСД «Донгфенг» (Dongfeng). Ракетами средней дальности располагают Израиль, Пакистан, КНДР, Иран. Таким образом, мяч ядерных инициатив на стороне других акторов.

 

Следует признать, что Россия и США прошли значительную часть пути по сохранению стратегической стабильности в мире. За последние три десятилетия ядерные арсеналы двух держав были сокращены в шесть-семь раз по числу боезарядов и более чем тридцатикратно по мегатоннажу. Такие меры придают стратегическому балансу высокую стабильность, однако две стороны все заметнее расходятся в ее понимании, что создает реальную опасность ускорения гонки вооружений и распада системы контроля над ЯО, роста вероятности его применения. При всей значимости диалога Москвы и Вашингтона, остальным ядерным государствам пора бы присоединиться к российско-американским попыткам обеспечить стабильность, что особенно важно при углубляющемся глобальном недоверии, хаосе и неопределенности.

 


На протяжении XX–XXI века революции в военном деле уже дважды сотрясали мир. Первый раз это было связано с фактором появления ядерного оружия, что в течение десятилетий определяло уникальное состояние равновесия двух сверхдержав. Сегодня глобализация и информационно-коммуникационная революция, появление новых видов высокоточного оружия, разработка гибридных стратегий и технологий «цветных революций» сформировали тенденцию перманентности войн будущего, придали им сетевой характер. Развал Вашингтоном краеугольных основ стратегической стабильности, действие ряда других факторов провоцируют революцию хаоса. Сами войны становятся качественно иными, влекут принципиальные изменения в военной науке и в первую очередь в стратегии национальной безопасности государства.

 

Сегодня США располагают более чем шестью тысячами КРМБ «Томагавк» (BGМ-109), а ВВС имеют около 140 крылатых ракет (AGM-84) с обычными боеголовками и планируют принять на вооружение новый боеприпас такого класса с увеличенной дальностью стрельбы. Россия вынуждена наращивать аналогичные средства, принимая на вооружение ракеты «воздух-земля» Х-55 СМ и Х-555. Развертываются новые образцы этого класса, а также морские КР «Калибр» 3М-54 и 3М-14 разных модификаций. В целом количество отечественных высокоточных крылатых ракет, показавших высокую эффективность в борьбе с международным терроризмом в Сирии, выросло более чем в 30 раз.

 

США, Россия и КНР разрабатывают гиперзвуковые системы большой дальности. Серьезный дестабилизирующий фактор – угроза неядерных систем высокоточного оружия, на что на Валдайском форуме 2015 года указал Владимир Путин: «Уже появилась концепция так называемого первого обезоруживающего удара, в том числе с использованием высокоточных неядерных средств большого радиуса действия, сопоставимых по своему эффекту с ядерным оружием». В Военной доктрине РФ потенциал высокоточных средств США определяется как главная угроза, а в качестве первоочередной задачи ставится обеспечение ПВО важнейших объектов страны и готовность к отражению средств воздушно-космического нападения.

 

Сегодня мир столкнулся с реальной угрозой потери договорно-правового контроля над ядерным оружием в связи с выходом США из Договора о РСМД, подписанного в декабре 1987 года Михаилом Горбачевым и Рональдом Рейганом. Следует признать, что уничтожение целого класса совершенного на тот период оружия, остановка процесса разработок и испытаний в области ракет средней и меньшей дальности нанесли огромный ущерб обороноспособности страны и послужили одной из причин развала СССР.

 

Сегодня американцы идут дальше и преследуют следующие цели. Во-первых, выход из договора придает новый импульс разработке теперь не связанной никакими обязательствами ядерной стратегии США. Денонсация ДРСМД подтверждает, что в США взят курс на разрушение всех не устраивающих их по тем или иным причинам международных соглашений. Это ведет к фактическому демонтажу существующей системы контроля над вооружениями. Во-вторых, Вашингтон получает возможность сократить расходы, связанные с МБР, за счет переноса усилий в менее затратную сферу РСМД, которые могут быть нацелены на широкий спектр целей в зонах геополитических интересов Вашингтона, прежде всего в Юго-Восточной Азии. Столь неадекватное поведение США уходит корнями в конец 90-х годов, когда принималось решение о сломе Договора о ПРО, что американская сторона осуществила вопреки настойчивым призывам со стороны мирового сообщества.

 

В создавшихся условиях важно не допустить размещения РСМД в Европе, для чего использовать возможности равноправного и конструктивного диалога с США относительно восстановления доверия и укрепления международной безопасности, а также добиваться через совет Россия – НАТО моратория на размещение ракет. Позиция влиятельных европейских государств позволяет рассчитывать на успешное продвижение наших инициатив в таком формате.
Александр Бартош,член-корреспондент АВН

 

Позицию Североатлантического альянса изложил во «Франкфуртер альгемайне цайтунг» его генеральный секретарь Йенс Столтенберг. Точку зрения ЕС поведала глава европейской дипломатии Федерика Могерини, которая дала отдельное интервью представителям СМИ, подкрепленное специальным заявлением этой европейской структуры. Оба выступления касались дальнейшей судьбы ДРСМД, но со странным подходом.

 

Два заявления, один смысл


К сожалению, оба высокопоставленных представителя обратились с прямыми призывами воспользоваться последним шансом, чтобы оставить в силе этот договор, адресовав их только России, а не Соединенным Штатам. Словно не было февральского заявления Дональда Трампа о готовности Вашингтона денонсировать ДРСМД в полном объеме. Следует отметить ряд положений публичных выступлений высокопоставленных представителей НАТО и Евросоюза, имеющих принципиальное значение и которые было бы неправильно оставить без внимания.

 

И в НАТО, и в ЕС в своих демаршах вновь вытащили тему «создания и развертывания» в России крылатой ракеты наземного базирования (КРНБ) 9М729 с максимальной дальностью 480 километров, то есть не запрещенной ДРСМД, который охватывает своими ограничениями только баллистические и крылатые ракеты средней и меньшей дальности такого же способа базирования – способные преодолевать расстояния от 500 до 5500 километров. По этой причине в изложенной критике прослеживается явный непрофессионализм.

Для справки: США провели более 30 встреч с Россией на высоком уровне по этому вопросу и всякий раз пытались навести тень на плетень.

 

Странно, что и Столтенберг, и Могерини проигнорировали тот факт, что США начиная с октября 1999 года при проверке эффективности их системы ПРО активно использовали в качестве учебных перехватываемых мишеней баллистические и крылатые ракеты средней и меньшей дальности, запрещенные ДРСМД. То есть открыто нарушали этот акт. Невозможно предположить, что оба лидера столь высокого ранга не знали о пресс-релизах Пентагона и справочных материалах исследовательской службы конгресса, которые описывали проведенные «эксперименты», указывая не только место и время, но и класс перехватываемых ракет-мишеней, а именно средней, меньшей и промежуточной дальности. К последнему варианту военные США относят образцы с дальностью стрельбы в пределах 3000–5500 километров, которые однозначно вписываются в ограничительные пространственные параметры договора 1987 года. Таким образом, за последние 20 лет американская сторона использовала в общей сложности шесть типов ракет этих классов общим числом 117 единиц.

 

Потенциальная установка американских КРНБ и беспилотных летальных аппаратов (БЛА), имеющих схожие тактико-технические характеристики с ними, в пусковые шахты операционных баз системы ПРО США в Румынии (уже на боевом дежурстве) и в Польше (приобретет такой статус в 2020 году) также явится нарушением ДРСМД. Такая замена ракет системы ПРО на КРНБ или БЛА наступательного характера может быть произведена довольно быстро, диаметр ПУ и их программное обеспечение позволяют это сделать. А это в общей сложности 48 ракет – по 24 на каждую базу, которые по названным причинам являются комбинированными объектами оборонительно-наступательного характера, да к тому же выдвинутыми «на передовые рубежи» относительно территории России.

 

Важная деталь: именно новая стратегия противоракетной обороны США, одобренная в начале 2019 года, предусматривает их использование для нанесения удара по России еще «до запуска» российских МБР.

 

Подобными заявлениями НАТО и ЕС уже давно пытаются переложить ответственность за разрушение ДРСМД с Вашингтона на Москву, хотя именно американская сторона инициировала его денонсацию в одностороннем порядке под фальшивыми предлогами.

В этой связи обращения руководства альянса и Евросоюза к Москве по поводу «спасения» ДРСМД некорректны и несостоятельны. Адресатом должен быть в первую очередь Вашингтон как инициатор курса на слом всей системы контроля над вооружениями. «Нью-Йорк таймс» справедливо отметила 15 июля: «Приверженность Трампа новым соглашениям вызывает вопросы, учтивая общий скепсис его администрации по вопросам контроля над вооружениями».

 

Стоит напомнить, в чем проявляется скепсис. Из 13 двусторонних и многосторонних договоров и соглашений в этой области, к которым США испытывают крайне негативное отношение, шесть касаются ракетно-ядерных вооружений и укрепления режима нераспространения. Как результат нарушения Соединенными Штатами Договора СНВ-3 и ДНЯО, выход из ДРСМД, отказ от ратификации ДВЗЯИ, одностороннее расторжение СВПД (Совместного всеобъемлющего плана действий по иранской ядерной программе) и неполное соблюдение Соглашения об утилизации оружейного плутония.

 

Чем закончились консультации?

Итоги состоявшейся встречи в Женеве, которая была проведена на уровне заместителей руководителей внешнеполитических ведомств России и США, не добавили оптимизма ни по поводу ДРСМД, ни относительно возможной пролонгации другого договора, касающегося стратегических наступательных ядерных вооружений сторон, который в феврале 2021 года может прекратить свое существование в связи с окончанием срока действия. Речь идет о СНВ-3.

 

Никаких сдвигов по теме ДРСМД в ходе женевских консультаций не произошло, позиции сторон не изменились, заявил заместитель главы МИДа России Сергей Рябков. Вполне естественно, что делегация РФ отклонила все попытки Вашингтона возложить на Москву ответственность за ожидаемую судьбу договора 1987 года.

 

Как и ожидалось, сообщил глава российской делегации на женевских консультациях об их итогах, американская делегация вообще не зафиксировала какую-то позицию по теме продления Договора СНВ-3, подписанного в Праге девять лет назад.

 

Первая причина такого подхода американской стороны в том, что президент Дональд Трамп обещал изложить свою точку зрения по этому вопросу только в следующем году. Вторая в том, что среди высших представителей нынешней американской администрации пока превалирует мнение, будто его продление до 2026 года не отвечает национальным интересам США: он будет мешать создавать принципиально новую стратегическую ядерную триаду с заменой всех трех ее компонентов.

 

В то же время в Вашингтоне пробрасываются намеки, что американская сторона будет готова пойти на компромисс, то есть продлит его на последующие пять лет, если Россия не будет создавать новые перспективные виды вооружений, которые, как хорошо известно, даже не прописаны в пражском договоре. Ловкий трюк. Видимо, в этом контексте будет справедливым задать простой вопрос: а что США могут уничтожить из своих собственных перспективных вооружений, если российская сторона заявит о готовности продлить Договор СНВ-3 на пять лет?

 

Наша делегация в Женеве сделала акцент на обязательном соблюдении положения Договора СНВ-3 об органичной взаимосвязи между наступательными и оборонительными стратегическими вооружениями, особо подчеркнув ее возрастающую значимость. Известно, что американская сторона такую взаимосвязь фактически обнулила, приступив к развертыванию глобальной системы ПРО. Такая сцепка будет подорвана в еще большей степени после создания Пентагоном ударных космических вооружений, в том числе развертывания на орбите ударных элементов системы ПРО. Российская же сторона в Женеве особо подчеркнула, что любое новое гипотетическое соглашение с США в сфере контроля над вооружениями должно в обязательном порядке отражать эту взаимосвязь и соблюдать ее.

 

Делегации обсудили и многие другие темы, которые вызывают вопросы, в том числе аспекты возможного применения ЯО. Известно, что нынешняя ядерная стратегия США имеет 14 положений, позволяющих применить ЯО стратегического и тактического назначения либо в первом, либо в ответном ударе, в то время как соответствующая доктрина России предусматривает только два случая, которые не представляют никакого секрета, и лишь в ответ.

 

Вызывает беспокойство сохранение в ядерной стратегии США таких установок, как эскалация с целью деэскалации, то есть наращивание возможностей применения ЯО для урегулирования конфликтов с применением обычных видов вооружений. В настоящее время в странах НАТО происходит трансформация военных учений с упором на усиление в них ядерного фактора.

 

В российской доктрине нет такого положения, равно как и установки о нанесении первого превентивного и упреждающего ядерного удара. Нет и концепции расширенного ядерного сдерживания, которая есть у США. Она предусматривает прикрытие американских союзников по НАТО и ряда государств, не входящих в этот альянс.

 

В российской ядерной доктрине отсутствует положение о применении ядерных боезарядов малой мощности, в то время как в американской оно присутствует.

 

На консультациях американская сторона пыталась обвинить Россию в модернизации тактического ЯО, как будто Пентагон не занимается тем же. Прозвучало, что Москва якобы имеет превосходство по этому оружию. Странно, что при изложении своей путаной позиции по этому вопросу американские представители напрочь забыли упомянуть и такой существенный географический фактор, как сохраняющееся в четырех государствах Европы (Бельгии, Италии, Нидерландах и ФРГ), а также в азиатской части Турции американское ЯО тактического значения, способное выполнять стратегические задачи. Подобная забывчивость объясняется тем, что Россия не развертывает такой вид ядерных вооружений за пределами своих рубежей. Сохраняя свое ТЯО на территории неядерных государств, США нарушают Договор о нераспространении, в частности, статью 1.

 

Что же касается количества тактических ядерных вооружений России и США, то обе стороны никогда не обменивались количественными показателями по ним, поскольку прежде не вели официальных переговоров об их ограничении или сокращении, а лишь указали в начале 90-х процент их добровольного взаимного сокращения относительно неназванной общей величины.

 

Российская сторона считает, что географический фактор в данном вопросе должен быть раз и навсегда устранен. То есть все американское ТЯО, развернутое в Европе и Азии, без исключения, безо всяких увязок и оговорок должно быть вывезено на континентальную территорию США. Возможные переговоры по ТЯО между Россией и Соединенными Штатами могут начаться только при условии продолжения полного и ответственного участия Вашингтона в Договоре о ликвидации РСМД и полного соблюдения СНВ-3. Но не только в увязке с ними.

 

Как и в случае с СНВ Россия при рассмотрении вопроса о начале переговоров о сокращении или ограничении ТЯО будет принимать во внимание другие аспекты проблематики нераспространения оружия массового уничтожения и контроля, прежде всего над ядерными и противоракетными вооружениями, а также учитывать объективные факторы, самым непосредственным образом оказывающие влияние на стратегическую стабильность и баланс сил в мире. Речь идет о размещении тяжелых стратегических ядерных бомбардировщиков и тактических ядерных средств передового базирования США в Европе и Азии, продолжающемся процессе создания ими глобальной системы ПРО и других аспектах.

 

Европа раз и навсегда должна быть освобождена и от новых ядерных ракет средней дальности США, и от их авиабомбы В-61-12, так как она может использоваться в региональных конфликтах, поскольку имеет два варианта боезарядов малой мощности, то есть меньше пяти килотонн. США одновременно должны прекратить нарушать статью 1 ДНЯО, которая запрещает размещение ядерного оружия на территории неядерных государств.

 

Странно, что в ходе дискуссии в Женеве делегация США настаивала на соучастии КНР в «обновленном» договоре 1987 года, хотя Пекин уже давно решительно и твердо отклонил «трогательную заботу» Вашингтона о сокращении китайского ядерного арсенала на американских условиях.

 

Намерение создать новые ракеты средней и меньшей дальности в ядерном снаряжении не единственная причина выхода США из ДРСМД. Преследуется еще несколько целей. США намерены искусственно создать в Европе ситуацию, которая возникла после декабрьского (1979) двойного решения НАТО о развертывании ядерных «Першингов» и «Томагавков», заставить Россию отказаться от перспективных видов стратегических ядерных и иных видов вооружений, которые не упомянуты в ДРСМД и Договоре СНВ-3, вовлечь КНР в переговорный процесс о сокращении ее ядерных вооружений, а также побудить своих партнеров по НАТО повысить к 2024 году уровень расходов на военные цели с двух до четырех процентов ВВП.

 

Что же касается возможного развертывания российских ракет средней и меньшей дальности в европейской части страны уже после прекращения существования ДРМСД, здесь также действует принцип зеркальности. Если американские оппоненты не откажутся от своих планов, получат симметричный вариант противодействия. Естественно, вина за такое развитие событий полностью ляжет на Вашингтон. А не на Москву, как заявляет Столтенберг.

 

Справка «ВПК»
Владимир Козин – член-корреспондент Академии военных наук и Российской академии естественных наук, автор монографий «Тактическое ядерное оружие США: сокращения или модернизация?» (2015, 496 стр.), «Перспективы Договора о ликвидации РСМД 1987 года. Белая книга» (2017, 208 стр.), «Эволюция стратегических и тактических ядерных вооружений США и особенности их применения в XXI веке» (2019, 1080 стр.) и других.

Владимир Козин,
член-корреспондент АВН, ведущий эксперт Центра военно-политических исследований МГИМО

 

Источник 
 

Система Orphus Просмотров: 65 | Добавил: Dashout | Рейтинг: 0.0/0
поделись ссылкой на материал c друзьями:
Loading...

Высказанные в текстах и комментариях мнения могут не отражать точку зрения редакции
Всего комментариев: 1
avatar

0
1
В вопросах, тесно связанных с ядерной войной, выгоды всегда бывают немного сомнительными.
avatar





Форма входа
нет данных
Логин:
Пароль:

Доставка грузов

Видеоподборка
00:13:23

00:05:17

00:03:19

00:01:31

00:41:46

Новости партнёров



Полезные ссылки
Поддержать проект:

Webmoney:

R233620171891 (Рубли) Z238121165276 (Доллары) U229707690920 (Гривны)




Яндекс.Метрика

E-mail:admin@wpristav.ru


Мини-чат
Загрузка…
work PriStaV © 2019 При использовании материалов гиперссылка на сайт приветствуетсяХостинг от uCoz

▲ Вверх